Золото Каддафи - Никита Филатов

— Извините, господин Любертас, но мне пора идти…

— Я провожу вас.

— Нет, что вы, не надо. До свидания! И семь футов под килем.

Обменявшись с хозяином каюты прощальным рукопожатием, Оболенский повернулся к Иванову и протянул ему ладонь:

— Всего хорошего. Приятно было познакомиться.

— Взаимно…

— Берегите себя. Желаю удачи!

— Ну, и вам того же.

Вот теперь, подумал Иванов, можно и расслабиться. Телефонный звонок Оболенскому означал, что контейнер благополучно погружен на борт теплохода.

— Скажите, капитан, у вас пиво есть в холодильнике?

— Найдется.

— Вот, наверное, от бутылочки пива я бы не отказался…

Деловая часть разговора отняла не так уж много времени — требовалось только уточнить, доставлена ли на борт колючая проволока и какие подсобные средства имеются теперь у экипажа. Выяснилось, что шипчандлер завез только три сигнальных ракетницы и один линемет, которые в руках профессионала вполне могли пригодиться для самозащиты.

— Как я понимаю, на этот раз вы пойдете в рейс без оружия?

— Да, к сожалению. Так получилось.

— Ничего страшного, — улыбнулся капитан. — Как говорится по-русски, снаряд два раза в одну воронку не попадает.

— Будем надеяться.

— Хотя, если бы вы тогда были у нас на борту…

— Все вопросы к судовладельцу, — пожал плечами Иванов. — Скупой платит дважды.

В сущности, к тому моменту, когда в дверь постучался второй помощник, они уже все обсудили, и Михаил Иванов со спокойной душой покинул капитанскую каюту.

…На судне подходила к концу погрузка хлопка. Грузовой люк был еще открыт, и стреловой кран опускал в трюм «Профессора Пименова» аккуратные кипы, обшитые тканью и перехваченные стальной лентой.

Иванов поднялся по металлическому трапу на крыло мостика и посмотрел вниз — туда, где несколько моряков под руководством боцмана проверяли крепление контейнеров, установленных на палубе. Контейнеров было не много, располагались они в один ряд, поэтому Иванов сразу и безошибочно узнал «свой» контейнер, стоявший у левого борта, — темно-коричневый, двадцатифутовый, с большой белой надписью Hyundai на боку.

— Привет.

— Привет, — поздоровался Иванов с молодым загорелым матросом, скучавшим на вахте.

— Закурить не будет?

— Не курю, земляк, извини. Но я могу к ребятам спуститься, у них точно есть.

— Да нет, не надо. Я сам лучше сбегаю.

На причал, в направлении проходной порта, выкатился пустой корейский грузовик со знакомыми номерами. Поравнявшись с «Профессором Пименовым», он немного сбавил ход, но потом опять увеличил скорость и окончательно исчез из поля зрения.

Вот и все, — подумал Иванов. — Удачи тебе, Сулейман…

Интернета на борту сухогруза не было, но телевизор во время стоянки принимал сразу несколько спутниковых каналов. Во время завтрака Михаил успел посмотреть выпуски новостей Си-Эн-Эн и Аль-Джазира на английском и убедился, что события в Ливии постепенно уходят из центра внимания мировых средств массовой информации.

Тем не менее по обеим программам прошли сюжеты, в которых представитель Переходного Национального Совета заявил, будто свергнутый лидер страны Муаммар Каддафи покинул власть не с пустыми руками. По словам выступавшего, захватившие власть повстанцы не досчитались примерно двадцати девяти тонн золота, общая стоимость которого превышает миллиард долларов. Представитель Переходного Национального Совета заявил также, что драгоценный металл был тайно вывезен из хранилищ Центробанка сотрудниками ливийских спецслужб Каддафи в неизвестном направлении. Предположительно, отправка золота осуществлялась несколькими партиями через территорию Нигера и Туниса. В частности эта версия подтверждается показаниями задержанного в тунисском международном аэропорту «Карфаген» генерала Хуэлиди аль-Хамиди, который пытался покинуть страну. Генерал, входивший в число двенадцати членов Совета революционного командования Ливии, принимал деятельное участие в военном перевороте шестьдесят девятого года и являлся не только одним из самых близких соратников свергнутого диктатора, но и его сватом — дочь аль-Хамиди была замужем за одним из сыновей Каддафи.

Что же касается самого ливийского лидера, то поймать или убить его, судя по всему, пока так и не удалось. Как сообщил обозреватель Си-эн-эн, по просьбе Международного уголовного суда Интерпол уже внес Муаммара Каддафи, его сына Сейфа аль-Ислама и главу разведки Абдуллу ас-Сенусси в список наиболее разыскиваемых лиц, однако толку от этого было не много. Местонахождение Каддафи по-прежнему остается неизвестным, и есть основания полагать, что он до сих пор скрывается где-то на юге, в ливийской пустыне…

Судовая курилка была оборудована на юте[25], под белым металлическим козырьком, создававшим относительное подобие тени, однако не способным никого защитить от палящего африканского солнца. Палуба и переборка, возле которой стоял выкрашенный красной краской ящик с песком, были нагреты настолько, что случайное прикосновение к ним грозило весьма неприятными ощущениями. Для полноты картины над всем этим великолепием витал неповторимый и неистребимый аромат промасленной ветоши, водорослей и макарон по-флотски, которые два дня назад не доела команда.

— Нет, но самое смешное не в этом. Самое смешное в том, что супертанкеры в полном грузе никогда не проходили Суэцким каналом! Он для них мелковат. А контейнеровозы на несколько тысяч контейнеров, про которые ты говоришь, наоборот, никогда еще не шли в обход, минуя Суэцкий канал. По одной очень простой причине — они считаются самыми неуязвимыми для пиратов судами из-за огромных размеров и скорости, как у курьерского поезда. Чтобы их захватить, вертолеты нужны!

— Да ладно, ты скажешь… — Карцев затянулся и выпустил струю дыма, которая сразу почти неподвижно повисла в расплавленном воздухе.

Кроме него и Проскурина на корме, под навесом, оказался еще один человек — разговорчивый парень лет двадцати пяти в легкой летней тельняшке без рукавов и в парусиновых джинсах. При этом на ногах у него были высокие, явно казенного вида ботинки с рифленой подошвой:

— Так что все разговоры о том, что якобы из-за страшной угрозы пиратства многие судовладельцы вынуждены направлять суда в обход мыса Доброй Надежды и всей Африки и терять две недели на рейс в одну сторону — это полная хрень, извините за выражение…

— О, командир! — обрадовался Проскурин, который первым заметил подошедшего. — А мы тебя уже совсем потеряли…

— Я как почувствовал, что вы здесь. — Иванов шагнул под козырек и протянул руку: — Добрый день! Михаил.

— Здравствуйте! Сергей.