Огонь, вода и бриллианты - Андрей Дышев

– Значит, так, – глухим голосом сказал инструктор. – Облет озера отменяется. Садиться будешь с попутным ветром.

– На сколько хватит топлива? – допытывался я. – Час? Полтора?

– Минут на десять, – ответил инструктор. – Делаем все быстро. Какая высота?

– Триста пятьдесят.

– Годится! Под левой рукой у тебя панель с колесиком. Дави на зеленую кнопку. Это включение автопилота. Затем стабилизируй скорость и высоту… Начинай разворот с креном в сорок градусов…

– Ты ведь сможешь, да, мужик? – глядя на меня небесно-голубыми глазами, спросил Амбал. – Правда, сможешь? Я тебе по гроб жизни обязан буду…

Самолет начал заваливаться в крен. Горы и облака пришли в движение. Я чувствовал полнейшее отупение. Запас эмоций, как и топлива, истощился.

– Разворачиваемся, – бормотал Амбал. – Умница. Я же говорю, что ты все умеешь…

Он хотел сказать еще что-то лестное, как вдруг где-то справа раздался громкий хлопок. Я вздрогнул. Амбал вскочил на ноги и стал крутить головой.

– Чего это? Чего это?

Рядом с индикатором топливомера вспыхнуло еще одно красное табло: «ПРАВЫЙ ДВИГАТЕЛЬ НЕИСПРАВЕН».

«Судьбу не обманешь, – подумал я. – Она нас приговорила. Бесполезно трепыхаться».

– Почему молчишь, тридцать один – семьдесят семь? – спросил инструктор.

– У нас неисправен правый двигатель! – крикнул я.

Инструктор закашлялся. Он несколько мгновений не мог произнести ни слова.

– Наверное, мы задели винтом верхушку сосны!.. Неужели это конец?!

– Все ясно, – сипло произнес инструктор. – Двигатель зафлюгировался.

– А что это значит?!

– Как тебе сказать… Вырубай его к чертовой матери! Правый рычаг РУДа вниз до упора! Быстрее, иначе он может загореться! И под ним найди стоп-кран – он выкрашен в красный цвет.

– Вы что, шутите?! – вскричал я. – Какой еще стоп-кран в самолете?!

– А ты думал, он бывает только в поездах?! Под правым РУДом рычаг красного цвета!

– Нашел! Куда его?

– Глуши! Тяни на себя! А левый РУД чуть вперед, чтобы самолет не проседал!

– Мы теряем высоту!

– Отключай автопилот на хрен, от него толку уже никакого! Дай правую ногу! Выравнивай самолет!

– Озеро перед нами!.. Скорость – триста!

– Закрылки давай! Сразу на двадцать восемь!

Амбал снова упал на колени и принялся неистово молиться. Самолет стремительно снижался. Я выпустил закрылки полностью. Нас уводило влево.

– Правую ногу дай!! – орал инструктор. – Следи за скоростью снижения!! Пять метров в секунду!!

– У меня десять…

– Штурвал от себя!! Какая горизонтальная скорость?

– Двести!

– А-а-а, блин! Ты сейчас будешь сваливаться! Добавь РУД!! Перейди в горизонтальный…

– Добавил РУД! Что еще делать?

– Высота?

– Десять метров!

– Прекрасно! Убери РУД назад, вырубай движок и садись!!

– Нет, я перепутал!! Десять метров – это скорость снижения, а высота тридцать метров…

– Сволочь!! Кретин!! РУД вперед!! На себя штурвал!!

Я понял, что уже не способен контролировать падение самолета. Мы снижались слишком быстро, и при этом скорость полета была катастрофически малой. Понимая, что страшный удар неизбежен и жить мне осталось несколько секунд, я лишь стиснул зубы и втянул голову в плечи. И вдруг командир, все это время не подающий признаков жизни, шевельнулся в своем кресле и, словно пытаясь встать, схватился за рулевую колонку. Я почувствовал, что нос самолета взмыл вверх, неудержимое падение прекратилось. Словно огромный парашют, железная махина плавно спланировала на воду.

Раздался удар, самолет задрожал, меня кинуло вперед, Амбал истошно закричал, где-то со звоном разбилось стекло. Подняв тучу брызг, самолет чиркнул левым крылом воду и понесся по дуге прямо на прибрежные скалы. Затем его закрутило, на стекло кабины накатила пенная волна и… И все стихло.