Бомба из прошлого - Джеральд Сеймур

Он услышал смешок.

— Отстали от времени, Гольф. Мы говорим — «держать глаз». Вас понял. Прием.

Солнце светило в лицо. Он как будто помолодел и сбросил с плеч десяток лет — как змея отбрасывает кожу. Микроавтобус проехал в направлении моста.

Дэвис не унимался.

— Наверно, чтобы человека обменяли на мосту Глиникер, он должен был занимать высокое место в вашей шпионской иерархии. По крайней мере повыше, чем Наперстянка. Что для вас считалось приемлемым обменом?

— Если к ним попадал наш летчик, старались вытащить его. Или кто-то из наших.

— Ноябрь — один из наших?

— Провокационный и бессмысленный вопрос.

— Просто хочу знать, припасти ли пиво или пару чайных пакетиков… на всякий случай.

Машина остановилась.

— Если вы считаете, что операция зависит от вашего присутствия, то обманываете себя. Самолеты в Лондон вылетают из Темпельхоффа каждые два часа; уверен, свободное место найдется.

Молодой человек угрюмо хлопнулся на заднее сиденье, Лоусон уселся спереди. Похоже, события набирали ход. Чарли, девушка-кукушка, повела машину через мост, и в его верхней точке он увидел неспешно идущих Эдриана и Денниса. Русские и Ноябрь шли впереди и остановились перед виллой, фасад которой был закрыт строительными лесами. Люк Дэвис… Неплохой парень, но не хватает крепости, и, конечно, ему еще только предстоит уяснить кое-какие реалии ремесла. Агент стоял слева, ни во что не вмешиваясь.

* * *

Разговор зашел о деньгах.

— По десять миллионов евро через банк на Кайманах или Багамах. Столько мы должны заплатить, Ройвен. Если мы заплатим слишком много и быстро, то продавец забеспокоится. Если заплатим мало и будем много торговаться, продаст другому. Двадцать миллионов евро мы получим по первому требованию. Это умеренная цена за два объекта.

Ройвен Вайсберг стоял рядом с Иосифом Гольдманом. Когда речь шла о деньгах, он прислушивался к Иосифу. Виктор, Михаил и молодой, слегка прихрамывавший англичанин стояли в стороне и не слышали, о чем идет речь. Ройвена Вайсберга не интересовали ни инвестиции, ни прибыль, о которой говорил Гольдман, но он чувствовал возбуждение человека, которому сама возможность совершить выгодную сделку доставляла огромное удовольствие. Оба здания казались ему кричащими и претенциозными. Он считал, что они привлекут внимание налоговой службы. Подобных вложений у него было немало, но все они оформлялись на подставных лиц.

— Да, я могу это сделать. Предоставь это мне, и я все улажу. Думаю, Ройвен, это именно то, что тебе нужно, и в Берлине нет более подходящих объектов для вложений. Здесь, за Кенигштрассе, между озером и Потсдамом, создается новая резиденция финансовой элиты. Считай, дело сделано.

Кэррик подумал, что Иосиф Гольдман выберет один из этих домов для себя — если он когда-нибудь переедет сюда из Лондона, — и будет жить в нем с Эстер и детьми. Гольдман считал, что адрес уже сам по себе служит заявлением о финансовой состоятельности. За Ройвеном Вайсбергом числилась лишь квартира в центре города — небольшая, для него и бабушки. Иосиф Гольдман добавил, что теперь шага не сделает без молодого англичанина, Кэррика, и тут же рассказал о нападении на него в Сити. Ройвен уже слышал эту историю, но перебил только раз и задал один-единственный вопрос: есть у Иосифа причина опасаться за свою жизнь?

— Никакой причины. За все время в Лондоне не случилось ничего, что могло навести меня на мысль о возможной попытке убийства. Говорю тебе, мне повезло один раз, всего один, но этого оказалось достаточно. Моего идиота-водителя полиция арестовала за вождение в пьяном состоянии. Джонни получил повышение. Я разрешил ему отвезти меня в город. Собрание закончилось, я вышел на улицу, и на меня напали. На Григория, которого выбрал для меня ты, напал столбняк. Если бы не Джонни, я бы с тобой сейчас не разговаривал.

Разговор снова перешел на деньги.

— То дело, о котором мы говорили, оно продвигается?

Ройвен кивнул.

Иосиф шумно выдохнул.

— Ты сильно рискуешь ради нас… У меня все готово.

Ройвен шлепнул его по руке.

— Если бы ты спросил у меня совета, я бы не…

Он отвернулся.

— Но ты не спрашивал.

Ройвен прибавил шагу. Дома, которые они собрались покупать, как будто нисколько его не интересовали. Сначала Иосиф Гольдман, а потом и остальные — Михаил, Виктор и англичанин — поспешили следом. Ройвен подумал, что у этого парня, Джонни, хорошее лицо… открытое, даже честное… Три дня назад двое выехали с грузом из Сарова, а он ни с кем не посоветовался. Не захотел. Ройвен вспомнил, что и его охранник, Михаил, в свое время среагировал на опоздание, и ему прострелили руку. Михаил не стал рисковать своей жизнью. Честное лицо…

* * *

На парковке Багси обошел машину. Когда он начинал карьеру, электронные отслеживающие устройства были размером с кирпич и, чтобы их установить, требовались зажимы и кронштейны — они всегда помогали лучше, чем магниты, которыми пользовалась полиция. Он считал, что электронные следящие устройства представляют повышенную опасность. Тогда, как и теперь, их называли «метками».

Машину, на которой цель номер один и Ноябрь ездили к озеру, Багси обошел всего лишь раз. Больше и не требовалось. Он провел поверхностный осмотр. В стальном ящике в багажнике микроавтобуса лежал целый набор «меток» всевозможных размеров — от спичечной коробки до сигаретной пачки. Поставить «метку» легко, как и сорвать всю операцию.

Он отошел от машины. Багси понимал, как важно поставить «метку», но, оценив всю степень риска, он с сожалением покачал головой. В идеальном мире, о котором Багси, как профессионал, всегда мечтал, он определил бы марку и модель автомобиля, потом позвонил в салон, где его купили, и ему прислали бы выставочный образец. Автомобиль отвезли бы в мастерскую и подняли на рампе. Он облазил бы его вдоль и поперек и нашел наилучшее место для установки «метки». Потом активировал бы устройство и проверил качество сигнала. Багси гордился своим профессионализмом и умением выбрать наиболее укромное место, откуда сигнал шел бы с минимальными помехами.

Если бы они представляли организованную преступную группировку — а так оно, по словам Лоусона, и было, — то имели бы доступ к лучшему оборудованию. Проблема заключалась в том, что бандиты располагали, как правило, более качественным оснащением, чем то, которое выдавали Багси в мастерских промышленной зоны Кенсингтона. По своему опыту Багси знал, что высокоорганизованные преступные группировки применяют следующую хитрость: проезжают несколько километров, останавливаются, включают детектор и ищут «метку». Хорошая тактика. Батарейки «жучка» работают не более двадцати часов и запускаются дистанционно. Цель начинает движение, передатчик включается, но времени прервать передачу сигнала, когда включают детектор, практически нет — детектор засекает даже самый слабый сигнал, и операция проваливается.