Майор Ветров - Николай Чергинец

— А ты что думаешь, Фатима? — спросил Ветров.

— Я… Я не знаю. Вам виднее, я просто буду делать все, что вы скажете.

— А мне когда надо идти? — поинтересовался Расул.

— Ты же днем из селения не выйдешь, придется выбираться в темноте.

— Нет, — не согласилась Фатима, — я его выведу днем. Скажу, что мой младший брат прибыл из Грозного, где учится в школе.

— А поверят? — недоверчиво спросил Ветров. — Не схватят его?

— Нет, и солдаты, и милиционеры с нами обращаются хорошо, уважительно, они нас жалеют.

Ветров обратился к Мурату:

— А ты как считаешь?

— Конечно, если Расул уйдет сейчас, то к вечеру будет в Грозном, но лучше ему переночевать где-нибудь, а утром появиться в Грозном…

— Ты прав, Мурат, ночью в Грозном можно легко напороться на патруль, а я не хотел бы, чтобы записку прочитал кто-либо другой. Так как, все согласны?

Получив согласие, Роман обратился к девушке:

— Фатима, у тебя найдется бумага и ручка или карандаш?

Фатима вышла в соседнюю комнату и принесла то, что просил Ветров. Роман устроился на табурете у тумбочки и начал писать письмо. Майор не видел, как Расул вышел, но зато очень обрадовался, когда тот возвратился. Ветров не верил глазам: перед ним стоял Расул, держа в руках автомат и рюкзак:

— Возьмите, это вам пригодится.

Затем он вытащил из рюкзака четыре полных запасных магазина от автомата, положил их на старенький небольшой диванчик и опять полез в сумку, выудив из нее четыре гранаты.

— Это вам. Себе оставлю пистолет и две гранаты, — деловито проговорил парень и вдруг, спохватившись, добавил: — Да, вот еще, две сигнальные ракеты.

Пораженные, Роман и Мурат молча рассматривали оружие, а Расул деловито засунул «вальтер» за ремень брюк, положил в левый карман запасную обойму, в правый — две гранаты.

— Все, я готов.

В комнату вошла Фатима и протянула Расулу маленький сверток:

— Здесь на дорогу кое-что перекусить.

— Спасибо. Дай мне, пожалуйста, бутылку воды.

Фатима вышла в кухню, а Ветров продолжил писать письмо.

Спустя пару минут Ветров спросил:

— Фатима, который час?

Девушка машинально посмотрела на руку, но там часов не было, она сходила в свою комнату и, возвратившись, надевая часы, ответила:

— Без пяти час. Ну что, мы пойдем?

Ветров озабоченно спросил:

— Фатима, ты уверена, что вас не задержат? У Расула же оружие, вдруг вздумают обыскать?

— Может, пусть Фатима возьмет себе пистолет и гранаты, а когда окажутся за селением, отдаст? — сказал Мурат.

— Правильно, — согласилась Фатима. — Расул, давай мне свои игрушки. Меня-то точно обыскивать не будут.

Расул молча отдал пистолет, гранаты и запасную обойму с патронами.

У Ветрова на душе было тревожно, он никак не мог понять отчего. Конечно, большое беспокойство он ощущал из-за того, что мальчишку направляют в рискованное путешествие, но было еще что-то. Наблюдая, как Фатима и Расул идут к дверям, он вдруг понял, в чем дело.

— Ребята! Расул, подумай, а правильно ты делаешь, что берешь оружие с собой. Представь себе: тебя задержали бандиты, они же не знают, что ты покинул отряд, значит, и опасности для тебя они не представляют. А если федералы? Они же тебя в первую очередь обыщут, у них такой порядок. Ты подумай, может, не рисковать, ты будешь в такой ситуации, когда нельзя, да и бессмысленно, применять оружие. — Видя, что парень нахмурился, и не желая его огорчать, продолжил: — Ты мое письмо положи куда-нибудь понадежнее.

— Не беспокойтесь, я письмо положил не в карман, а в тайник, он у меня в подоле рубашки имеется.

Фатима и мальчишка вышли со двора и, не прячась, сразу же двинулись в сторону зарослей.

Мурат направился к дверям:

— Пойду посмотрю, как они…

— Не надо, друг, — остановил его Роман, — не забывай, что двор просматривается со стороны постов, а ведь все знают, что в доме Фатимы мужчин нет.

— Ты прав, — согласился Мурат и присел на табурет. — Мы даже из дома в сарай и обратно чуть ли не ползком добирались. Мне как-то неспокойно на душе: и Фатима, и Расул совсем молодые, неопытные, а мы ими рискуем. Ты был прав, не надо было давать пацану оружие, но, понимаешь, не мог я от него это потребовать, язык не повернулся.

— Будем надеяться, что все обойдется. Плохо, конечно, что мы не можем даже вести наблюдение.

— Интересно, как они там?

И они оба одновременно с тревогой посмотрели в окно. А на дворе моросил мелкий противный осенний дождь. От этого казалось, что уже вечер…

Между тем Фатима и Расул уже преодолели расстояние в несколько сотен метров и подходили к невысокой скале, где, Фатима точно знала, устроили засаду военные. Она тихо сказала Расулу:

— Ты не смотри на военных, они чуть правее на горочке сидят, наверняка наблюдают за нами.

— Я знаю, они уже давно на нас в бинокли смотрят.

— Ты только не волнуйся… — но Фатима не успела закончить. Прямо из кустарника, мимо которого они проходили, вынырнули двое в камуфляже и плащ-накидках. Один из них остался стоять на месте, а второй сделал несколько шагов навстречу:

— Остановитесь! Кто вы? Куда путь держите?

Фатима спокойно представилась и ответила:

— Мы живем в селении, вот младшего брата в школу решила немного проводить.

— А где ты учишься? — обратился военный к Расулу.

— В школе, в Грозном.

— Что, там и живешь?

— Ага, у дяди, он в милиции работает. Здесь же в округе школ нет.

— А ну, браток, давай я тебя все-таки пообнимаю, — и он похлопал парня по карманам, ощупал и то место за поясом, где Расул хотел хранить оружие. — Порядок! — И неожиданно улыбнулся. — Ну, а твою сестру обнимать не буду, хотя и очень красивая она у тебя. Не положено. А вы не боитесь одни по горам, зарослям идти?

— Ну тогда дайте нам один танк, мы с удовольствием прокатимся, — весело ответила Фатима и добавила: — Я же его недалеко провожу, скоро возвращусь, а за него буду переживать. Сейчас ни электричества, ни телефонной связи нет, раньше из Грозного можно было запросто позвонить.

— Это верно. Вот покончим с бандитами и террористами, тогда и заживете, как прежде, даже лучше, — голос у военного был доброжелательный.

— Скорее бы, — согласно кивнула головой девушка и спросила: — Нам можно идти?

— Счастливого пути. Почаще посматривайте вперед, будьте осторожны.

Фатима проводила Расула еще с километр и остановилась: