Героями не рождаются - Владимир Воронов

Относись к другим так, как ты хотел бы, чтобы они относились к тебе.

Иммануил Кант

Ну, вот и пошла потеха. У нас было примерно тысяча секунд, прежде чем со стороны складов набегут коллеги несчастных, всеми обижаемых дружинников с мехом в качестве основного аргумента поддержки.

Раз. Вторые номера отбрасывают в сторону маскировочные каркасы, открывая линию огня первым, изготовившимся к стрельбе из положения лежа. Вправо и влево на полторы сотни метров склон покрывается готовыми к бою фигурами.

Пилоты мехов заметили угрозу и начинают разворачиваться в сторону опасности, борясь с инерцией тяжелых машин и приводя бортовое оружие в боевое состояние. Уходить им некуда. Головному «Воину» нужно пройти вперед больше сотни метров, чтобы выйти из зоны гарантированного поражения. «Разрушитель» вообще оказался в самой середине засадной цепи. До моих орлов мехам – от тридцати до сорока метров. Это от трех до четырех секунд на прорыв собственно засадной цепи и некоторое время для увеличения дистанции. Другое дело, что этих секунд у противника просто нет. А с противоположной стороны – обрыв высотой в полсотни метров. Тяжелая техника попала в ловушку.

Водители следующих сзади в колонне грузовиков судорожно тормозят, чтобы вместе с пехотой покинуть свои металлические гробы. Поздно ребята, поздно. Ваше время истекло. Настала пора платить по счетам.

Два. Первые номера ловят в прицел силуэты мехов и грузовиков и нажимают на спуск. Десятки огненных росчерков устремляются к целям. Вторые номера вскидывают на плечи «Инферно» и изготавливаются к стрельбе. Ваше начальство любит публичное сожжение, господа дружинники. Для устрашения масс, так сказать. Сейчас вы на своей шкуре узнаете, что такое адское пламя.

Пилоты мехов открыли по боеголовкам «Инферно» ураганный огонь из всего бортового оружия. Опытные бойцы, они, несмотря на необходимость работать по слишком широкому сектору, сумели поразить больше половины летящих в них боеголовок с термитным зарядом. Вся поверхность склона и дороги была охвачена огнем. Казалось, машины движутся в озере адского пламени. Вот только почти все пропущенные выстрелы поразили цели. Пилот «Разрушителя», поймавшего термитный заряд прямо в секцию с реактивными снарядами, успел катапультироваться буквально из разваливающегося на куски корпуса своего меха. «Воину» повезло чуть больше. Охваченная огнем боевая машина сумела развернуться и огрызнулась из бортового оружия по ракетометчикам.

Три. Вторые номера левого фланга и центра выпустили свои заряды по отстреливающемуся меху. Из дюжины росчерков почти половина закончилась огромными огненными цветами, раскрывающимися на броне «Воина». Некоторое время боевая машина стояла неподвижно, а срывающиеся с нее трассеры очередей автопушек вгрызались в склон, дробя камни в щебень и разрывая тела неудачников на куски. А потом правая нога меха подломилась, и он с грохотом рухнул на бок. Росчерки очередей протянулись от поредевшего фланга к парашюту, под которым раскачивался катапультировавшийся пилот. Зря он так поступил. Тут уж либо погибай вместе с машиной, либо покидай ее сразу. Начал бой героем, а закончил…

Разгром вражеской пехоты прошел без проблем и потерь. Три головных грузовика колонны уже получили свое. И сейчас стремительно превращались в лужи расплавленного металла. Остальные машины сумели затормозить, не входя в зону поражения ракет, а их уцелевшие под огнем легкого оружия и крупнокалиберного пулемета с фланга пассажиры покинули свои уже дымящиеся транспортные средства, чтобы продемонстрировать всем, кто желает на это посмотреть, свое умение бегать на длинные дистанции. Пора ребятам двигаться вперед. Нельзя давать врагу время на «прийти в себя».

Не напрягая зря горло, выпускаю ракету. Сакраментальные «три зеленых свистка». Над этой фразой смеется только тот, кто успешно откосил от армии. Звук сирены перекрывает грохот боя, а огни отлично видны сквозь пыль и дым. Непосредственно перед погрузкой мои орлы были ознакомлены с вариантами действий в зависимости от количества огней сигнальной ракеты. Сказанное отцом-командиром бойцы запомнили. Сейчас они осознали полученный приказ, так что я наблюдал усиленное шевеление в цепи. Два десятка меняли позиции, преследуя бегущих вражеских пехотинцев. Два других – организовывали огневую поддержку штурма базы, отбирая необходимое из импровизированного склада. Одну пару я волевым решением перенаправил позаботиться о раненых. И по неполному десятку отправились прикрывать тылы и сгонять в кучу бросивших оружие. Надеюсь, возьмут и предводителя. В самом первом бою «Разрушителем» управлял барон собственной благородной персоной. Не поверю, что он уступил честь пилотировать самую мощную машину своего отряда кому-то еще. Пилот меха вне своего монстра против пехотинца – ничего не значит. Так что проблем здесь можно не ожидать.