Зловещий лабиринт - Александр Тамоников

Загнанная в угол блондинка уже более охотно давала в течение нескольких часов показания. Она описывала объект, указывала расположение постов, наиболее уязвимые участки базы. Слабых мест в периметре хватало, этот объект никогда не охранялся как-то особо. Он находился глубоко в тылу, подпольщики не проявляли к нему интереса. За все четыре года на объект не было ни одного несанкционированного проникновения. Она рисовала дрожащей рукой здания, дорожки, береговую полосу. Дымов переглядывался с Пушкарем – в принципе, сходилось. Со скалы видели примерно то же.

–Она не врет,– прошептала на ухо Влада Рамона.– Я наблюдаю за ее лицом – не врет.

Всякий раз, когда Рамона к нему склонялась, мысли меняли направление. Это было приятно, но отвлекало.

Блондинка продолжала давать показания. Сообщила, что эвакуация назначена на завтрашний вечер, ближе к полуночи. Активность начнется с наступлением сумерек. Все готово к отгрузке из лаборатории. Стащить это хозяйство на пирс – дело полутора часов. Эвакуируется руководство объекта, десяток лучших специалистов, вся документация и пробная партия препарата в специальных контейнерах, а также уникальное оборудование, специально созданное для производства данного вида продукции. Судно будет держать курс на шведский Готланд, но на сам остров оно заходить не будет, обогнет его восточную оконечность и направится к острову Готска-Сандён, который также принадлежит Швеции. В тех краях не ведутся боевые действия. Есть договоренность со шведской стороной. Остров безлюдный. При разгрузке будут присутствовать представители американского Управления стратегических служб…

–Вот те на,– удивился Влад.– А при чем тут британцы?

–Я не знаю, есть ли у них конкуренция, но, видимо, есть,– неохотно поведала женщина.– Британцы вышли на меня неделю назад, когда я совершала поездку в Лиепаю. Им нужны были только документы – формулы, результаты исследований. Мне кажется, они не знали про остров Готска-Сандён. Я встретилась с их представителем в городском парке у собора…

–Понятно, Хильда, можете не продолжать. Для вас это дополнительный заработок. Казалось бы, при чем тут преданность Третьему рейху, правильно? Материалы, как я понял, вы должны передать завтра, но по уважительной причине не передадите. Наши союзники расстроятся. Да и ладно, бог с ними. Продолжайте. Почему объект не эвакуировали раньше?

–На Курляндский полуостров поступали подкрепления из Пруссии. Оборона укреплялась. Подвозили танки, орудия. На всех углах трещали, что Курляндия непобедима и отсюда рано или поздно начнется новое наступление с целью изгнания большевиков из Европы. Этой идеей заразились даже люди, обладающие критическим мышлением. Потом все усложнилось, вскрылось истинное положение дел. Вывозить лабораторию было некуда. Хотели ее спрятать в местных скалах, но не нашли подходящего места. И какой смысл? Профессор Абель принял решение. Я не знаю, как он связался с американской разведкой. Они и проложили курс. О том, что теперь мы сотрудничаем с УСС, знают только несколько человек – сам профессор, я, начальник охраны Цепнер, еще двое или трое…

–Судно, стоящее в бухте, выглядит, мягко говоря, не очень.

Фрау Маркс поежилась. Осведомленность русских в некоторых вопросах ее неприятно задевала.

–Это портовый баркас «Корона», вспомогательное судно, приписанное к порту Лиепаи. Оно уже полгода считалось нерабочим. На самом деле на «Корону» установлен новый двигатель и заменен ходовой винт. Неприятность произошла вчера утром, судно старое, в трюме образовалась течь, и его едва не потеряли. Проводились работы по откачке воды, по усилению обшивки. Прошлым вечером было доложено, что работы закончены, судно готово к рейсу. Завтра утром оно встанет у пирса.

–Уверены, что оно выдержит длительное плавание в штормовом море?

–Выдержит,– кивнула фрау Маркс.– Нужно пройти сто семьдесят километров – это меньше ста морских миль. Двигатель справится. Шторм стихает, в ближайшие сутки ожидается штиль. Посудина не вызовет подозрений, на нее не будет переводить торпеду подводная лодка. Баркас гражданский, и на его борту будут люди в штатском. Остановить его могли бы катера береговой охраны, но в том районе их нет.

–Уточните, погрузка на «Корону» начнется завтра ближе к полуночи?

–Да, с началом темноты.

Голова лихорадочно переваривала сведения. Если это так (а фрау Маркс не лукавила, собственная жизнь имела значение), то нет необходимости выводить из строя судно – при условии, если действия начнутся утром. Пусть швартуется у пирса, вряд ли на борту находится вооруженная публика. Одной заботой меньше.

Фрау Маркс откровенно засыпала – лицо опухло, глаза становились водянистыми. В таком состоянии от нее бы не было пользы.

–Еще раз, фрау Маркс, опишите подробно план подземелья: все ходы, переходы, выходы. Где что находится. Сколько трудится людей и где их рабочие места. Есть ли возможность зайти через задний ход…

–Последний пункт сразу отвергаю,– вздохнула женщина.– Задний выход ведет в скалы, чтобы выйти к берегу, нужно обогнуть приличный кусок территории. Он заперт изнутри согласно инструкциям и охраняется двумя автоматчиками.

–Да и черт с ним,– покладисто согласился Влад.– Нас устроит и парадный вход. Излагайте, Хильда. Иначе не поспите, скоро рассвет. Вы нужны нам завтра свежей и бодрой.

–Я вам все рассказала.– Женщина угрюмо смотрела ему в глаза.– Куда вы хотите меня тащить? Это глупо…

–Пусть так,– пожал плечами Дымов.– Попробуем из этой глупости сделать что-то удобоваримое. Вы же не рассчитываете получить индульгенцию за счет одной болтовни?