За миг до удара - Наталья Корнилова

Я сидела в своей приёмной и от нечего делать читала последнюю книжку Александра Малинина, перепрыгивая через страницы, чтобы быстрее добраться до сути, спрятанной автором в замысловатые описания бытовых деталей. За окошком, появившимся в приёмной после ремонта, шёл скучный осенний дождь, и даже ветер, казалось, как-то особенно нудно шевелил мокрые ветви деревьев. Ясно было, что в такую погоду клиенты обычно сидят дома, а не шляются по детективным агентствам.

Валентина, которой отвели теперь для кухни весь второй этаж, не могла нарадоваться на расширение полезной площади для её ненасытной деятельности и чем-то гремела наверху, перетаскивая с места на место новые шкафы и тумбочки итальянской кухни. Ей это нравилось, и слава богу.

Босс с самого утра ушёл принимать экзамены в свою Школу юных детективов, наказав мне, как всегда, ничего без него не предпринимать. Я, конечно, согласно покивала и теперь только и мечтала о том, чтобы сюда ввалился какой-нибудь клиент и я бы сама раскрыла его трудное, запутанное дело, на зависть Родиону. Но дождь продолжал стучать, наводя тоску и разгоняя клиентов, и казалось, этому не будет конца…

Перелистнув очередные восемнадцать страниц романа, я уселась поудобнее и тут почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Ощущение было таким сильным, почти физическим, что я удивлённо подняла глаза и обшарила комнату. Она, естественно, была пуста. С кухни по-прежнему доносился шум. Странно, подумала я, поёжившись, наверное, заболеваю. И снова уставилась в книгу. Но ощущение не проходило: чей-то взгляд прилип ко мне, как назойливая муха, и не было никакой возможности её отогнать. Я ещё раз осмотрелась и только тут догадалась взглянуть на монитор видеофона, который оставила включённым. Там, на крыльце, под проливным дождём стоял маленький съёжившийся человек в чёрном плаще и задумчиво смотрел на меня. Вернее, он, конечно, смотрел в глазок видеокамеры и меня видеть не мог, но в тот момент мне показалось, что этот тип видит меня каким-то образом! Чертовщина какая-то.

Он был без головного убора и без зонтика, что позволило дождю вымочить его до нитки, превратив в сморщенную тряпку и плащ, и лицо, и волосы. Самое удивительное, что он стоял там, глубоко засунув руки в карманы, и не звонил, а лишь смотрел. Может, его паралич хватил?

Включив связь, я вежливо поинтересовалась:

– Добрый день, вам зонтик вынести?

Мокрый человек вздрогнул, сильнее вжал голову в плечи и захлопал глазами, явно не понимая, кто с ним разговаривает. Сжалившись, я открыла магнитный замок на двери и пошла встретить клиента у входа. Если, конечно, это был клиент, а не какой-нибудь там случайный прохожий.

Он так и стоял на крыльце, не решаясь войти.

– Вы что, не слышали меня? – спросила я, появляясь перед ним, сухая и красивая.

– Слышал, – робко проговорил он. – Но не понял.

– Заходите – объясню.

Я пригласила его внутрь, закрыла дверь и позвала Валентину:

– Подружка, у нас тут человек промок! Принеси что-нибудь.

Шум на втором этаже тут же сменился звоном посуды и звуком открываемого холодильника.

– Снимите плащ, если хотите, – любезно улыбнулась я, садясь за свой стол и показывая ему на стоячую вешалку в углу. – И вообще расслабьтесь.

Он стянул мокрый плащ, оросив вычищенный Валентиной ковёр дождевой водой, аккуратно повесил его на вешалку, пригладил мокрые волосы и повернулся ко мне уже совершенно другим человеком. Ему было около сорока, на вид он был совсем неприметным, только небольшой шрам под нижней губой и слегка повёрнутый вправо нос говорили о том, что когда-то ему начистили физиономию. Роста он был среднего, костюм на нем был тоже среднего качества и сидел как-то средне, и вообще он весь был каким-то усреднённым – мог быть, а мог бы и не быть. И ещё что-то было в его движениях, жестах, мимике и голосе такое, что я никак не могла себе объяснить, хотя точно знала, что объяснение этому существует.

Короче, кого-то он мне напоминал…

– Как у вас здесь уютно, – одобрил он обстановку нашего офиса, осторожно опускаясь на диван.

– Ой, и не говорите, – весело сказала, появляясь с подносом, Валентина.

– Это вы ещё у меня на кухне не были. А все наш замечательный босс Родион Потапыч Постарался. – Она поставила поднос на столик. – Угощайтесь. Здесь и водочка, и чай горячий, и плюшки…

– Спасибо, дорогая, – ледяным тоном произнесла я, отгоняя подругу от клиента. – Мы уж тут сами разберёмся.

– А я что? Я ничего. – Она ещё раз оценивающе осмотрела мужчину и исчезла.

– И люди у вас приветливые, – завистливо вздохнул он, глядя ей вслед. – Прямо как домой попал. – И повернулся ко мне. – Вы не против, если я начну с водочки? Для согрева, так сказать.

– Не против, – ответила я, зная, что Валентина всегда разбавляет водку водой, чтобы клиенты не упились.

Он этого не заметил, только довольно крякнул, опрокинув рюмку, и потянул к носу плюшку – занюхивать. Потом сунул её в рот почти всю и начал жадно жевать, помешивая ложечкой чай в чашке из нового сервиза. Доев первую, он принялся за вторую. Я терпеливо ждала. Наконец, когда он почти допил чай и потянулся за четвёртой плюшкой, я небрежно спросила:

– Вы к нам по делу или так, перекусить зашли? Он сразу сконфузился, вернул плюшку на место и проговорил:

– Простите, просто все так вкусно, а я уже второй день ничего не ел…

Да, конечно, по делу. Правда, ещё не решил, стоит ли.

– Стоит, – убеждённо кивнула я. – Начинайте.

– А с чего? – Вытерев губы салфеткой, он отодвинулся от столика и теперь смотрел на меня, как ученик на учителя.

– Хотя бы с имени.

– Моего? Шура. Александр, в общем. Дело в том, что у меня пропала приёмная дочь. Два дня назад. Сейчас объясню, почему я считаю, что она именно пропала, а не ушла из дома или не сбежала с парнем. Ей всего шестнадцать лет.

Арина, конечно, не писаная красавица, но зато самостоятельная девочка, много читает, хорошо учится, скоро десятый класс заканчивает, собирается поступать в МГУ на экономический. Вы видите, я не говорю о ней в прошедшем времени, потому что надеюсь, что она ещё жива и ничего дурного с ней не случилось. Хотя предчувствия у меня самые нехорошие.

– Почему?