Саботажник - Клайв Касслер

Это подействовало. За игрой в покер болтовня помогает выведать намерения игроков, в драке провоцирует на безрассудные действия. «Корбетт» оттолкнул «Салливана».

— Пшел с дороги. Я заставлю этого сукина сына плакать перед смертью.

И он в гневе бросился вперед, осыпая Белла ударами, как пушечными ядрами.

Белл понимал, что слишком избит, чтобы полагаться на свою скорость. Оставался единственный шанс — вложить все силы в один убийственный удар. Слишком усталый, чтобы уходить от ударов, он пропустил два, подобрался поближе, увернувшись от третьего, и так ударил «Корбетта» в подбородок, что голова «Корбетта» запрокинулась. Потом собрал все силы до последней капли и нанес удар правой по корпусу. У «Корбетта» вырвался воздух из легких, и он упал как подкошенный. Не желая сдаваться, падая, он ударил Белла в горло, но промахнулся.

Белл двинулся на «Салливана». Он тяжело дышал, но его лицо превратилось в маску мрачной решимости.

— Кто тебя нанял?

«Салливан» опустился на колени рядом с упавшим напарником, порылся в его пальто, вытащил нож, вскочил и бросился на Белла.

Белл видел, что дюжий драчун тяжелее его. Он сам едва дышал: пытаться отобрать нож было слишком рискованно. Он вытащил из-за голенища собственный нож и подбросил его, проведя указательным пальцем по ручке, чтобы нож не вращался. Мелькнув, точно язык ящерицы, нож полетел горизонтально и вонзился в горло «Салливану». Тот упал, зажимая рану и тщетно пытаясь остановить кровь.

На вопросы Белла он отвечать не сможет.

Детектив наклонился к «Корбетту». Глаза у того были широко открыты, изо рта текла кровь. Но если он и не умирал от внутренних повреждений, вызванных ударом Белла в живот, то был близок к этому. Не тратя больше ни секунды, Исаак Белл с трудом побрел по рельсам к вокзалу и ввалился в кабинет диспетчера.

Диспетчер уставился на человека в рваном смокинге с лицом, залитым кровью.

— Что с вами, мистер?

Белл ответил:

— Президент железной дороги дал мне право заказывать «особый» поезд.

— Ну еще бы. А римский папа только что выписал мне пропуск к вратам рая.

Белл достал из бумажника письмо Осгуда Хеннеси и сунул диспетчеру под нос.

— Мне нужен ваш самый быстрый локомотив.

Диспетчер дважды прочел письмо, встал и сказал:

— Да, сэр. Но у меня всего один локомотив, и он должен везти на запад «Лимитед»; поезд придет через двадцать минут.

— Поворачивайте локомотив. Мы едем на восток.

— Куда?

— За «Оверленд лимитед».

— Вы никогда его не догоните.

— Если не догоню, будете объясняться с мистером Хеннеси. Садитесь за телеграф и расчистите нам дорогу.

У «Оверленд лимитед» было преимущество в 55 минут, но паровоз Белла вез только уголь и воду, а локомотив «Лимитед» тянул восемь мягких и багажный вагоны, обзорный вагон и вагон-ресторан. Стодолларовые чаевые машинисту и кочегару тоже способствовали скорости паровоза. Они всю ночь шли в подъем и в горах Медисин-Боу столкнулись со снегом, предвестником зимы, которую старались обогнать строители Осгуда Хеннеси, покуда Саботажник сеял смерть и разрушения, чтобы остановить их.

Спустившись в долину реки Ларами, они оставили снег позади, пронеслись по долине, остановившись только, чтобы набрать воды, снова начали подъем и наконец догнали «Оверленд лимитед» к востоку от Ларами, на станции Буфорд, где восходящее солнце освещало розовый гранит вершины горы Шерман. «Оверленд лимитед» на боковом пути набирал воду; кочегар выбил затычку из большого деревянного бака, дернул за цепь, и вода потекла в тендер локомотива.

— Хватит ли у вас воды, чтобы добраться до Шайенна без остановок? — спросил Белл кочегара.

— Думаю, да, мистер Белл.

— Обгоните его! — приказал Белл машинисту. — Отвезите меня прямо в Шайенн на вокзал. Как можно быстрей.

От станции Буфорд до Шайенна тридцать миль дороги спускаются на две тысячи футов. Перед «особым» Белла никаких поездов не было, и он понесся в Шайенн со скоростью девяносто миль в час.