Возвращение Бешеного - Виктор Доценко

— Я могу задать тебе вопрос, мой Повелитель? — Спрашивай, — не без удивления согласился Рассказов.

— Ты поможешь мне изучить красивый язык, на котором ты сейчас говорил с добрым господином?

— Обязательно! С завтрашнего дня вы все будете учить русский язык и многому другому научитесь, что пригодится вам для дальнейшей жизни.

— Он сказал это громко, его слова были услышаны и другими девушками. Они радостно вскрикнули, а одна даже захлопала в ладоши. Наташа вдруг снова благодарно прильнула губами к его руке, потом встала и уверенно пошла за Стивом.

Рассказов уже знал, что двум другим девушкам — по тринадцать лет, но выглядели они не моложе первой. Обе были чертовски хорошо сложены, а одна даже решила показать ему свою гибкость и легко, без всяких усилий, сначала встала на мостик, прогнувшись так, что, казалось, у нее совершенно отсутствует позвоночник, потом так же легко села на шпагат. Ее он назвал Оксаной, а вторую — Ольгой. Они чем-то были похожи друг на друга и, видно, дружили, и он решил поселить их вместе, за что те бросились ему на шею и готовы были зацеловать до смерти. Вызвав Гренадершу (так мысленно назвал Рассказов Розу-Марию, которая осуществляла надзор за его «курочками»), он распорядился насчет этих двух девушек, и та сразу увела их с собой.

С Розой-Марией у Рассказова были особые отношения. Он нашел ее в Америке на грани физического истощения. Она была иммигранткой из Восточной Германии, ее отец бежал оттуда нелегально. Он был художником, но у него не хватало способностей и не было желания работать. Постепенно он спился, стал приворовывать, пока не погиб пол колесами грузовика. Роза-Мария, вынужденная с ранних лет заниматься тяжелой работой да еще содержать пьяницу отца, не очень горевала о его гибели и продолжала работать. Все было бы хорошо, если бы у нее была фигура похуже, но она была высокой крепкой блондинкой с пышной грудью, и однажды на нее положил глаз хозяин дома, где она снимала комнату. Роза-Мария держалась несколько дней, несмотря на его натиск. Возможно, она бы и уступила сразу, но очень уж боялась его жены, словно чувствуя для себя опасность с ее стороны. Однажды вечером, когда хозяйка уже видела второй сон (она привыкла рано ложиться и рано вставать), он зашел к Розе-Марии и сумел убедить ее, что им ничего не грозит. Он принес с собой угощение и выпивку. Роза-Мария впервые попробовала алкоголь и явно не рассчитала своих сил, а хозяин вообще перебрал… Короче говоря, их разбудил не первый луч солнца, а рассвирепевшая хозяйка. Огрев шваброй своего суженого, она вцепилась в волосы Розы-Марии. Не желая оставаться в долгу и понимая, что миром это происшествие окончиться уже не может, она схватила бедную женщину за плечи и оттолкнула ее, а та не удержалась на ногах и упала лицом на пол. Вой, крик, кровь из сломанного носа и… два месяца тюрьмы. Да еще спасибо хорошему адвокату.

Деньги, отложенные на черный день, кончились, с работы прогнали, из комнаты, естественно, тоже, и осталась она на улице… Когда на нее обратил внимание Рассказов, она при росте метр восемьдесят три весила пятьдесят восемь килограммов. Что-то заставило его забрать ее с собой. Она была первой девушкой, которая стала жить постоянно в его доме. Как любовница она не очень устраивала его, но у нее были отличные мозги, память, беспрекословная и самозабвенная преданность своему спасителю и хозяину. И постепенно она стала незаменимым человеком в доме. Она делала все, чтобы он нуждался в ней, словно чувствуя, что другим способом ей вряд ли удастся удержаться рядом с ним.

Она следила за порядком в этом роскошном доме руководила прислугой, занималась «воспитанием» его «курочек», была для них настоящей сторожевой: не дай Бог кому из них пришло бы в голову только подумать взглянуть на сторону, не то чтоб изменить! Ее тяжелой руки побаивались даже слуги-мужчины, так что уж говорить о «курочках»… Кроме того, у нее был очень хороший вкус, и она до тонкостей знала вкусы самого Рассказова.

Эти две девушки понравились ей, и она сразу окрестила их своими «любимицами», решив сделать все, чтобы они не допустили ошибки и не оказались на улице как она в свое время…

Когда Роза-Мария с девушками вышла. Рассказов несколько минут молча наблюдал за оставшейся девушкой. Он никак не мог поверить, что ей всего десять лет. Может быть, здесь какая-то ошибка?

— Иди сюда, милая, — негромко произнес он, и девушка, несколько смущаясь его взгляда, медленно направилась к нему, смешно держа руки скрещенными впереди себя, словно защищая свою девственность. Остановившись в метре от него, девушка потупилась.

— Нет, смотри мне в глаза! — приказал он и деланно нахмурился.

— Слушаюсь, мой Господин, — чуть слышно произнесла она. — Сколько тебе лет?

— Господин знает сколько, но не верит этому… — Казалось, что она готова заплакать.

— Я не люблю слез! — строго произнес он. — Можешь быть уверена, что если ты не будешь делать того, что нельзя, и будешь всегда со мной честна, то тебе никто не сделает ничего плохого.

— Вы правду говорите, Господин мой? — дрожащим голосом воскликнула она.

— Да. Теперь говори, — сказал он уже мягче. — Я боюсь, что на меня будет сердиться этот добрый госполин — Она кивнула на то место, где ранее стоял Стив.

— Не будет! — нетерпеливо заверил Рассказов. — Говори!

— Вы были правы, Господин мой, когда сомневались в моем возрасте… — решилась наконец девушка. Потупив голову, она тяжело вздохнула, словно собиралась открыть страшную тайну. — Мы с сестренкой решлли прибавить мне целых полгода! — сказала она с какимто вызовом и посмотрела ему в глаза. — Зачем? — изумленно спросил он. — Моей сестренке пятнадцать, а мне — девять. Она подслушала, что приехал очень важный господин, которому нужны девушки от десяти до пятнадцати лет…

— Вот оно что! — протянул Рассказов и вдруг рассмеялся.

Не зная, как реагировать на его смех, девушка стояла и смотрела на него чуть испуганно, но он так заразительно смеялся, что она не выдержала и тоже захохотала.

— Это хорошо, что ты честно призналась: если так будет всегда, то тебя ждет счастливое будущее, — прекратив смеяться, заметил Рассказов, затем усадил ее к себе на колени и прижал к себе. Она податливо, совсем по-детски, прильнула к нему и стала целовать его все еще мощную шею.

— И кто же твоя сестренка? — неожиданно спросил он. — Та, которая была первой?

— Нет, мой Господин, ее не было среди них. Ее взял к себе тот добрый господин. — Вот как? — нахмурился Рассказов. — Не сердитесь, мой Господин, на него за то, что он не стал ее вам показывать! — простодушно проговорила девушка, гладя его по волосатой груди. — Не сердиться? Почему? Она что, некрасива? — Во-первых, хотя она моя сестра, но я лучше ее, во-вторых, мы все еще не имели других мужчин, а она уже имела. — Это было сказано так просто, словно она говорила об изъянах платья или обуви. Во всяком случае, Рассказова это смутило и заставило задуматься. Чего это он, собственно набычился? Он просил привезти четырех девушек, и Стив отлично выполнил задание: давно уже у него не было такого набора девушек. Так пусть пользуется пятой, но почему он не сказал ничего о ней? Ладно, потом разберемся…