Экстремальная зона - Сергей Зверев

— Так что скажете, господин Пересветов? — вырвал губернатора из затянувшихся раздумий гость.

— Да-да, прошу прощения. — Дмитрий Степанович вскинул голову и продолжил переговоры.

Далее начались технические тонкости. При всем желании, даже таком горячем, как у господина Пересветова, осуществление задуманного отнюдь не было простым делом. Ввезти ядерные отходы на территорию Российской Федерации просто так, «за здорово живешь» — штука нереальная. Этот вопрос весьма беспокоил и Пересветова, и его английского товарища. Но Любинский уже знал, как обойти преграды.

Секретарь приосанился. Наступал момент, который должен был продемонстрировать гостю, и в очередной раз — шефу, что он получает зарплату не зря. «Выступление» Любинского оказалось настолько аргументированным и убедительным, что дотошный англичанин после массы вопросов удовлетворенно поднял обе руки:

— О'кей.

— Ну что же, господин… э-э-э… Дингли, я очень доволен нашими переговорами, — ухмыльнулся Пересветов, — думаю, мы, как деловые партнеры, вполне состоялись.

— Я тоже весьма рад, — сдержанно, но с явным удовлетворением кивнул англичанин, — приятно иметь дело с солидным человеком, знающим цену своему слову.

Безусловно, господину Дингли прекрасно были известны и сам Пересветов, и его деятельность на посту главы администрации далекого сибирского края. Как человек деловой, он уже давно навел справки о своем соседе. А полученное вчера приглашение и вовсе заставило его еще внимательнее изучить биографию господина Пересветова.

Дингли был бизнесменом. Его интересовало дело, и здесь он готов был выкладываться до последнего. Выгода выглядела обоюдной, так что британец с радостью ухватился за вариант, сам шедший ему в руки. На этой, даже первой, сделке он зарабатывал огромные деньги. А уж что русские будут делать с отходами — это его мало волновало. Пускай хоть макароны ими посыпают!

— Теперь давайте обсудим детали, которые в любом деле не бывают лишними, — сказал неугомонный британец, — особенно в затеянном нами…

Далее, после некоторого обсуждения, деловая беседа уступила место неофициальной ее части. Любинский пытался разливать напитки, но был отстранен от этой роли хозяином яхты.

— Не знаю, как у вас, а я привык с деловым партнером дружить, — произнес губернатор, — ведь без этого какое доверие? Правильно — никакого. С человеком надо ведь пуд соли съесть, чтобы понять, кто он такой.

Пересветов поднял указательный палец и покачал им.

— У нас с вами, конечно, таких возможностей не имеется, но все остальное я беру на себя.

Англичанину пришлось испытать на себе все радушие Пересветова.

— Очень рекомендую, господин Дингли, вот это вино, — с воодушевлением произнес Дмитрий Степанович, взяв в руки увесистую бутыль.

Гость, также любивший вкусно поесть, потер руки от удовольствия — здесь было чем подкрепиться. Хозяин основательно приготовился к встрече столь важного гостя. На столе возвышалась батарея бутылок со всевозможными напитками. Остальное пространство заполняли блюда с крупными раками, сочным мясом, черной и красной икрой.

Перекусив, гость и хозяин принялись за принесенных омаров. Блюда с аппетитными ракообразными вызывали желание поскорее взяться за них всерьез.

— Горячего омара я люблю приправлять взбитым маслом, холодного — майонезом, — делился своими гастрономическими пристрастиями хозяин яхты, — люблю их, подлецов!

— Совершенно с вами согласен. — Дингли имел сходное мнение о вкусовых качествах продукта. — Я еще предпочитаю к каждому кусочку мяса немного жира омара. Это придает ему просто восхитительный оттенок.

— Да вы гурман, батенька! — хохотнул Пересветов. — У нас с вами, как я посмотрю, много общего.

— Это удовольствие не является таким уж предосудительным, — тоже взял шутливый тон британец.

Оба принялись медленно и аккуратно, чтобы не забрызгать друг друга, разламывать руками обитателей морских глубин.

— Для улучшения вкуса попробуем вот этот сорт, — поднял Пересветов новую бутылку, — шестьдесят третий год. Недавно я существенно пополнил свой запас вин. Я вообще-то их коллекционирую. В следующий раз, когда будете у меня, я вам продемонстрирую свою коллекцию.

Дингли, соглашаясь, кивнул. Они чокнулись бокалами.

— Недавно я слышал забавную новость касательно этих созданий, — сообщил он.

— И что же она гласила?

— Знаменитая американская рекордсменка по поеданию различных продуктов установила новый рекорд. Соня Томас из американской Александрии по кличке Черная вдова в ходе соревнования по поеданию омаров за двенадцать минут поглотила сорок четыре омара, — сообщил гость.

— Да-а, — протянул Пересветов, вертя в руках двухстороннюю омаровую вилку, — что я могу сказать: кошмар! Одно слово — американцы! Полная бездуховность. Нельзя же, в самом деле, низводить все до сплошного потребительского уровня. Кому как не нам, странам с древней и богатой культурой, понимать это!

— Да, господин Пересветов, — лукаво подмигнул Дингли, — правда, она заработала на этом пятьдесят тысяч долларов. Так что усилия были не совсем уж напрасными если не для здоровья, то уж, во всяком случае, для кошелька.

— А-а… Это несколько меняет дело. Однако мы обойдемся и без такого издевательства над собой, — ухмыльнулся губернатор, — да и заработаем никак уж не меньше.

Как только омары были уничтожены, перед каждым сидевшим за столом возникли полоскательницы для рук.

— А сейчас мы приступим к главному блюду, — провозгласил губернатор, — мой повар, скажу я вам, настоящий волшебник.

— В этом я уже успел убедиться, — кивнул Дингли, предвкушая достойное продолжение вечера.

— Саша! Неси! — крикнул Пересветов, позвонив в серебряный колокольчик, стоявший на столе.

* * *

Банкет закончился. Англичанин отбыл на берег. Оставшись в одиночестве, Пересветов блаженно откинулся на спинку мягкого дивана, чтобы перевести дух. В который раз Дмитрий Степанович подумал, что с корабликом он не прогадал — каждый посетивший его оставался в восторге. И даже этот проходимец Дингли не смог скрыть своего восхищения. Пересветов окинул взглядом каюту. Кожаные и деревянные поверхности смотрелись благородно, как и подобает кораблю, стоившему недешево. От разных дорогих безделушек рябило в глазах. После выпитого и съеденного можно было бы и отдохнуть, однако губернатору не сиделось. Он прошелся по каюте. Ноги утопали по щиколотку в шикарном персидском ковре, делая поступь совсем неслышной. Наконец, решительно тряхнув головой, чиновник подался наверх, на свежий воздух. В последнем, правда, в каюте не было недостатка, но Дмитрию Степановичу захотелось побыть на палубе.

Поднимаясь по лестнице, он качал головой и причмокивал. Мысли толпились в голове, и им было мало места. Оказавшись на палубе, Пересветов расправил плечи. То, что творилось здесь, было под стать его прекрасному настроению. Вдалеке виднелась панорама Лазурного берега. Приморский городок смотрелся отсюда, с яхты, словно какое-то сказочное изваяние. Красивые разноцветные домики, сады, яхты — все это создавало умиротворенное настроение.