Майор Ветров - Николай Чергинец

Генерал-лейтенант Пулихов проводил совещание с руководителями силовых органов и вооруженных сил, задействованных в Чечне. Перед участниками совещания выступал заместитель начальника Генерального штаба. Подтянутый генерал-полковник лет пятидесяти водил лазерной указкой по карте Чечни и различным диаграммам, развешанным на стене, и хорошо поставленным голосом излагал военно-политическую обстановку в Чечне:

— Таким образом, мы можем с вами констатировать, что боевые действия в Чечне, как бы их ни называли политики — миротворческими, профилактическими акциями — четко показали, что армия, которая на протяжении десятилетий училась и готовилась воевать по классическим схемам обороны и наступления на видимого противника с использованием масштабных театров боевых действий, с глубокими прорывами танковых армад, ударами авиации и ракетно-артиллерийских систем, десантированием полков и даже дивизий в глубокий тыл противника, армия, которая готовилась отвечать ударом на удар даже с применением ядерного оружия, оказалась неспособной вести локальные боевые действия на ограниченной горно-лесистой территории, где применение тяжелой боевой техники крайне ограничено. В то же время потребность в усилении военного присутствия на Кавказе день ото дня растет. В связи с этим принято решение направить в Кавказский регион две горные бригады. Первую бригаду решено разместить в Ботлихском районе Дагестана, пограничном с Чечней. Она расположится на стыке границ трех государств — Азербайджана, Грузии и России. Бригада перекроет горные перевалы, через которые иностранные наемники и террористические банды проникают в Чечню. Район дислокации второй бригады — территория Карачаево-Черкесии. Нашим аналитикам пришлось здорово поработать, чтобы просчитать точные места размещения этих бригад. В Дагестане в последние три месяца совершено более семидесяти терактов в отношении сотрудников госвласти и правоохранительных органов. К сожалению, Карачаево-Черкесия, по агентурно-разведывательным данным, все больше становится оплотом ваххабизма на всем Северном Кавказе, поэтому создание двух новых горных бригад вызвано соображениями не только внешней, но и внутренней безопасности России. Мощная бригада спецназа полковника Ивняка остается стержнем вооруженных сил в Кавказском регионе. Она может проводить как чисто военные операции, так и локальные боевые действия, вести разведку и выполнять специфические задачи по ликвидации террористов на территории всего региона…

Генерал-полковник подробно рассказал о принимаемых мерах по финансированию создаваемых бригад, исчисляемому суммой более десяти миллиардов рублей:

— Местные регионы только в виде налогов получат миллиардные прибыли плюс деньги на строительство дорог, подводку газа и электроэнергии в села, снабжение этих районов водой.

Затем докладчик подробно ответил на вопросы. Особое оживление среди офицеров вызвала информация о том, что в составе каждой бригады будут разведрота, мобильная и вертолетная рота с вертолетами, созданными для боевых действий в труднодоступной местности. Генерал-полковник сообщил, что в каждой вертолетной роте будет несколько беспилотных летательных аппаратов, способных вести разведку в горах.

В ходе обмена мнениями все с сожалением констатировали, что опыт горной подготовки за последние десятилетия утерян. Вспомнили, как в годы Великой Отечественной войны на Кавказе наши подразделения, укомплектованные альпинистами, успешно воевали против немецких «эдельвейсов».

Генерал-полковник, ответив на все вопросы, объявил совещание законченным. После этого были намечены занятия по группам. Генерал-лейтенант Пулихов после ряда сообщений для участников совещания приказал полковникам Ивняку и Алексееву зайти к нему в кабинет.

Ивняк и чуть прихрамывающий Алексеев, который в ходе операции подвернул ногу, приблизились к кабинету Пулихова, и комбриг открыл дверь. Это была приемная, за столом сидел капитан. Он встал и вежливо пригласил старших офицеров в кабинет генерала. Ивняк и его начштаба думали, что в кабинете кроме Пулихова будет и генерал-полковник, но Пулихов был один. Он приветливо произнес:

— Входите, входите, бойцы! Присаживайтесь, — и указал на три кресла у журнального столика, на котором стояли две бутылки с минеральной водой. Пока офицеры устраивались в мягких креслах, генерал спросил:

— Что будете, чай, кофе?

Не сговариваясь, полковники попросили кофе. Пулихов приоткрыл дверь в приемную:

— Организуйте нам кофе!

Затем тоже устроился в свободном кресле и шутя произнес:

— По-хорошему, мне бы вам по рюмке предложить, но, сами видите, высокое начальство в центре находится.

— Ничего, товарищ генерал-лейтенант, у нас не заржавеет, подождем до следующей оказии, — ответил шуткой Ивняк.

— Кстати, как у вас в бригаде со спиртным?

— Со спиртным хорошо, а вот без него не очень, — подал голос Алексеев.

— Что касается дисциплины в бригаде, — пояснил Ивняк, — то грех жаловаться, да и укомплектована она, вы же знаете, каким контингентом. Пожалуй, все знают меру в этом деле, — указал он пальцем на бутылки с минералкой.

— Согласен. Люди у вас что надо.

Вошел капитан с подносом, чашками, кофейником и сахарницей. Он аккуратно разлил по чашкам кофе и молча удалился.

Пулихов посмотрел на Алексеева:

— Устал? Вижу, прихрамываешь, что с ногой?

— Мелочь, товарищ генерал-лейтенант, подвернул немного, ну а что касается усталости, то всем досталось.

— Главное, потерь нет, — удовлетворенно сказал Ивняк, — Иван Петрович четко провел операцию.

— Да, результат хороший, — согласился Пулихов. — Я и хотел вас послушать, поэтому попросил разрешения у генерал-полковника не сопровождать его по центру, он понял это. Что дали допросы пленных? К каким выводам вы пришли?

— Пленных уже забрали контрразведка ФСБ и прокуратура. Мы, конечно, успели с каждым поговорить, — начал доклад полковник Ивняк. — К сожалению, Хаккиму с довольно большой группой удалось улизнуть от нас. Показания пленных позволили узнать, что Хакким направил в населенный пункт, где находится колония строгого режима, какую-то женщину. Это нас насторожило, потому что, по словам троих пленных, которые обладают отрывочными сведениями, в этой колонии отбывают наказание преступники, осужденные за терроризм, что наводит на мысль о специфике задания, скорее всего, связанного с колонией.