Точка зеро - Стивен Хантер

Так что когда троица добралась до Роанока, пришла пора укладываться баиньки. Гостиница «Холидей-Инн», расположенная рядом с автострадой, подошла для этой цели как нельзя лучше. Боджер упал в постель и тотчас же провалился в глубокий сон. И вот сейчас он проснулся, нисколько не чувствуя себя отдохнувшим. Проклятие!

Повалявшись в кровати, Мик встал, шатаясь дошел до ванной и принял душ. «Суунто» показывал, что времени уже около шести вечера. Что делать, что делать? Ну когда же позвонит этот ублюдок? Все кончено. И они…

Спутниковый телефон не зазвонил, а зажужжал. Боджер схватил аппарат и ткнул кнопку.

— Ну, что?

— А то, что вы его упустили.

— Твою мать! — выругался Боджер, ощутив болезненный укол разочарования. Он понимал, что последует дальше. Этот козел Макгайвер устроит ему разнос по полной, а он будет вынужден сидеть и молча слушать, словно безмозглый тупица.

— Да, он там был. Это ты правильно вычислил. Его пальчики повсюду.

— Господи, — пробормотал Боджер.

— Это плохая новость. Есть и хорошая новость: ты также не завалил и Свэггера. Его хорошенько долбануло по голове, и он сейчас в отключке в какой-то провинциальной больнице, но, как ожидается, скоро придет в себя. Однако ты проделал дыру размером с футбольный мяч в полковнике морской пехоты в отставке Нормане Чемберсе. Поздравляю: тебе удалось убить единственного из присутствующих, кто не имел никакого отношения к этому дерьму.

— Твою мать, и хрен с тем, кто не понимает шуток, — заметил Боджер. — Побочные жертвы.

— Да, отлично, только проследи за тем, умник, чтобы эти побочные жертвы не завели тебя в газовую камеру.

— Это война. На войне всякое бывает. Тут нет ничего личного. Ты получаешь приказ, и снаряд падает в самый центр Жопа-Сити, население семьдесят пять человек и двести сорок куриц. Извините, маленькие коричневые людишки, но важные личности поставили интересы нашей страны выше вашего Жопа-Сити.

— Я и забыл, что ты у нас патриот.

— Вы забыли, что сами дали «добро» на расстрел. И теперь делаете вид, будто я сорвался с цепи.

— Боджер, твоя задача заключается не в том, чтобы обставить меня в споре. Помни: ты так и не поднялся выше мастер-сержанта. Это я в офицерском кителе наслаждаюсь ужином в ресторане. Если захочу, устрою тебе какой-нибудь замечательный наряд вне очереди: чистка конюшни, уборка мусорных баков, отскабливание пола в сортире зубной щеткой… Твоя задача заключается в том, чтобы обставить Круса, другого сержанта. Вы оба ползаете в грязи, режете горло часовым, взрываете мосты — развлекаетесь, как и подобает настоящим мужчинам, так что тебе это по силам; по крайней мере, я уверен, что ты сам так считаешь. Давай же сосредоточимся на том, что есть что.

У Боджера в голове появился образ этого гомика с козлиной бородкой и сигаретой в мундштуке, в очках в тонкой стальной оправе, в модном галстуке. И он голыми руками раздавливает его голову так, что серое вещество брызжет из ушей и носа, а затем глаза выстреливают, словно шарики для настольного тенниса из игрушечного пистолета.

— Отличная мысль, — заскрежетав зубами, пробормотал Мик.

— Вот и хорошо. Теперь наше главное беспокойство — дадут ли Свэггеру коленом под зад.

— С чего бы это?

— Кретин, он отправился на дело без прикрытия, не поставив в известность начальство. Если бы он находился в штате, я бы не позавидовал его заднице. Быть может, сейчас это сойдет ему с рук, но его будут держать на коротком поводке, поскольку по сути своей он дилетант, который просто разбирается в стрельбе.

— Не забывайте, этот, как вы сказали, «дилетант» разыскал Круса меньше чем за двенадцать часов в первый же день, в то время как все остальные занимались онанизмом.

— Свэггер умен, этого у него не отнимешь. Вот почему нам нужно молить бога о том, чтобы его оставили на борту. Конечно, если он не нашел в своем бумажнике волшебную кредитную карточку. Так что будем исходить из предположения, что Бюро и Управление по-прежнему захотят использовать мозги Свэггера в поисках снайпера. В этом случае его переправят в Вашингтон, разумное предположение?

— Мы уже трогаемся в путь.

— Полагаю, вы поймаете сигнал его УОРЧ в здании ФБР в Пенсильвании. Держитесь за него. Рано или поздно Свэггер вычислит, где Крус. Быть может, тебе удастся пристрелить Круса, спасти жизнь Зарси и стать большим героем. Мик Боджер, новый Боб Ли Свэггер. И тогда вы со своим новым лучшим другом Бобби Ли сможете отправиться в запой.

Макгайвер оскорблял Мика еще пять минут, после чего наконец отпустил его. Взглянув на «Суунто», Боджер отправился в бар прогонять образ босса, поджаривающегося на огне под дружный смех ребят в лавочке, полной девчонок и выпивки, которая называется Сержантской Валгаллой.

Сегодня можно будет напиться в стельку. А завтра Вашингтон, мать его за ногу.

Хопкинс, штат Южная Каролина,

реанимационное отделение,

Центральная больница округа Брайтон,

16.42 следующего дня

Первый раз он очнулся, когда какой-то врач приподнял ему веко и посветил в зрачок фонариком. Было больно. Во второй раз ему сделали укол. Снова больно. В третий Ник Мемфис ткнул его в бок. А вот это уже очень больно.

Он открыл глаза. У него сложилось такое ощущение, будто верблюд целый месяц лизал ему лицо. Руки, пальцы, ноги и ступни оставались мертвы. Сознание представляло собой густую жижу, и он с трудом пробирался сквозь нее, стремясь обрести дыхание и сфокусировать взгляд.

— О, проклятие, — пробормотал он. Как выяснилось, голос еще не умер.

— Он приходит в себя, — заметил Ник.

Следующим, кто склонился к нему, была Сьюзен Окада, прекрасная и неприступная. Она посмотрела так, как, наверное, палач на шею, которую ему предстояло перерубить в следующее мгновение.

— Эй, — произнесла женщина, и в ее голосе не прозвучало веселья, — есть кто-нибудь дома?

— Да, да, — ответил он, чувствуя, что тело все-таки не потеряло способность двигаться. У него раскалывалась голова, так, словно он проглотил залпом дюжину стаканчиков виски меньше чем за час; правая половина лица была опутана бинтами, глаз закрывали какие-то тампоны — а может быть, просто распухшие веки.

— Воды, пожалуйста, — попросил он.

Сьюзен подала стакан.

— Наш герой возвращается из отпуска, — насмешливо промолвила она.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Ник.

— Дерьмово.

— Забавно, выглядишь ты так же, — сказала Окада.

— О господи, что произошло?

— Тебя трахнул по голове летящий письменный стол, и случилось сотрясение мозга. По какой-то причине твоя скула не сломалась, однако пришлось наложить тридцать один стежок, чтобы зашить рваную рану под глазом. Опухоль спадет не раньше ноября. В целом ты напоминаешь грейпфрут, который долго пинали ногами.