Гаванский шторм - Дирк Касслер

Под символами оставалось круглое пустое пространство, идущее вдоль отрубленной части камня. Мадеро показал на неровную линию под ним и два круга внутри.

– Это что-то вроде карты. Я полагаю, они вырезали здесь изображение места, куда собирались отправиться. Из того, что у нас имеется, мы можем предположить, что речь идет о каком-то заливе с несколькими островами. К сожалению, чтобы получить полную картину, требуется другая половина камня.

– А это может быть изображением Теночтитлана? – спросил Дирк.

– Если вспомнить все, что нам известно, озеро Тескоко имеет другую форму. Мне такая мысль тоже пришла в голову, особенно когда я увидел вот это.

Профессор показал на изображение головы и шеи птицы на отрезанной части камня.

– Фламинго? – предположила Саммер.

– Или журавль, символизирующий Ацтлан, – заметил Мадеро.

– Профессор Торрес рассказывал нам про Ацтлан, который был родиной ацтеков и представлял собой остров, находящийся в лагуне, – сказал Дирк.

– Предполагается, что Ацтлан, «место, где живут журавли», находился к северу от империи ацтеков, откуда изначально вышли мексиканцы, – профессор посмотрел на камень. – Возможно, я делаю ошибочные выводы, но, учитывая ссылки на Уицилопочтли, послание кажется однозначным. Группа ацтеков, занимавших высокое положение, отправилась в паломничество на остров Ацтлан. Манускрипт подтверждает, что они предприняли путешествие по воде, и оно было успешным.

– А почему паломничество? – спросила Саммер. – И что они везли с собой?

Мадеро пожал плечами.

– Имея только половину камня, мы, возможно, никогда не сможем ответить на этот вопрос.

– Существует вероятность того, что скоро сможем, – сказал Дирк.

– В каком смысле?

– У нас есть сведения касательно второй половины камня.

Доктор Мадеро, услышав сказанное Питтом, смертельно побледнел, а Саммер громко рассмеялась.

– Ну, это только предположение, причем весьма сомнительное, – заявила она. – Я поговорила с другом нашей семьи, который живет в Вашингтоне. Его зовут Джулиен Перлмуттер, он морской историк высшего класса. У него есть коллега в Архиве Индий в Севилье, и он нашел список кораблей, отплывших в Новый Свет в начале шестнадцатого века. Один из них назывался «Дурной медведь».

– Я не понимаю, – сказал Мадеро.

– Сначала я тоже не поняла, – продолжала Саммер. – Я отправила Перлмуттеру копию страницы манускрипта, на которой был изображен галеон с символом обезьяны. Он просмотрел списки кораблей, пытаясь отыскать связь с обезьяной или каким-то другим приматом, но ничего не нашел. К счастью, Перлмуттер отличается упрямством, он продолжал поиски и в какой-то момент наткнулся на слово «обезьяна» на языке науатль.

– Озоматли, – тут же оживился профессор.

– Совершенно верно. Перлмуттер считает, что оно имеет отношение к кораблю, который назывался «Осомало», или «Дурной медведь».

– Они действительно звучат похоже, – улыбнувшись, проговорил Мадеро. – Вполне возможно, что ацтеки просто исказили испанское название корабля. Ваш историк провел потрясающую параллель.

– Он славится тем, что творит чудеса при правильной мотивации.

– Однако название корабля не поможет нам получить вторую половину камня, – заметил профессор.

– Возможно, в данном случае поможет, – сказала Саммер, – поскольку у «Осомало» довольно интересная история. Он сделал всего один рейс до Веракруса в 1525 году. На обратном пути в Кадис корабль попал в шторм, и ему пришлось свернуть к Ямайке. Они почти до нее добрались, но разбились у северного берега острова.

– Обломки достали?

– Мы пока не знаем, – ответил Дирк, – но намереваемся выяснить. Сегодня вечером мы с Саммер летим на Ямайку. Через три дня мы должны вернуться на исследовательское судно НУПИ, чтобы приступить к работе. Мы собираемся в оставшееся время найти и изучить место кораблекрушения.

– Мы надеемся, что спасателей из прошлого интересовали только драгоценные металлы и камни, и они просто отбросили в сторону кусок старого разбитого камня, – Саммер показала на снимок. – По крайней мере, мы знаем, что искать.

Мадеро посмотрел на близнецов и покачал головой.

– В лучшем случае связь с кораблем можно назвать сомнительной. Думаю, вы гоняетесь за пустыми фантазиями. Прошу вас, оставьте все как есть. Как только будет возвращен первый камень, академическое сообщество узнает о его существовании, и мы получим достаточное количество указаний, касающихся местонахождения второго фрагмента. Не сомневаюсь, что он выставлен в каком-нибудь музее.

– Вполне возможно, – не стала спорить с ним Саммер, – но вреда не будет, если мы там немного осмотримся. Кроме того, я собираюсь вернуться на Ямайку вовсе не затем, чтобы смотреть, как мой брат будет три дня валяться на пляже и пить ром.

– Зануда, – пробормотал Дирк.

– Будьте осторожны, друзья, – тихо проговорил Мадеро.

– Обязательно, Эдуардо, – Саммер пожала профессору руку. – Мы сообщим вам, что нам удастся найти.

Мадеро стоял, не шевелясь, когда они выходили из лаборатории, потом напряженно повернулся к своему кабинету. Из тени выступил Хуан Диас с пистолетом в руке. Более молодой мужчина, стоявший у него за спиной, прошел через лабораторию и запер дверь в коридор на ключ.

– Весьма информативный разговор мы услышали, – с усмешкой сказал Диас. – Я так рад, что мы сюда совершенно случайно зашли. Ваши друзья оказались чрезвычайно полезны. Надеюсь, они помогут нам отыскать вторую половину камня.

Мадеро молчал, только в его глазах полыхал гнев. Всего за несколько мгновений до появления Дирка и Саммер в его кабинет с оружием в руках заявился Диас и потребовал манускрипт. Когда профессор понял, что именно кубинец убил Торреса, его охватила ярость.

– Предположение, что около Ямайки затонул тот самый корабль, весьма сомнительно, – сказал он. – Вы только зря потратите там время.

– Я восхищен вашими попытками убедить нас отказаться от наших планов, но мы с вами оба знаем, что данная гипотеза вполне имеет право на существование.

Диас подошел вплотную к Мадеро и окинул его пристальным взглядом.

– Вы не сообщили вашим друзьям, какова истинная стоимость камня. Почему? Вы намерены поживиться за их счет?

Профессор сжал зубы.

– Я всего лишь пытался защитить их, – он посмотрел на Диаса, худого, с черными глазами, которые вращались, точно у голодного ястреба.

– Мне тоже посчастливилось сделать собственное открытие, которое и привело меня к доктору Торресу, – улыбнувшись, сообщил кубинец. – На самом деле мне просто повезло, что вы решили рассказать, что вам удалось найти манускрипт. Итак, где же именно этот замечательный документ? – Диас наставил на Мадеро пистолет.