"Боинг" идет на таран - Максим Шахов

– Ракеты! – вскрикнул второй пилот.

Все тут же повернулись и увидели два дымных шлейфа, оставленных прочертившими небо ракетами. Равиль быстро метнулся к креслам пилотов. Ракеты стремительно унеслись вперед. Самого истребителя видно не было, но в какой-то момент Равиль вдруг услышал приближающийся сверху рев и невольно присел.

Мгновение спустя над кабиной загрохотало, и сверху веером протянулось несколько переливающихся полос. Это были выпущенные из авиационной пушки снаряды.

– Шайтан! – невольно вскрикнул Джан.

Тут «Боинг» опять здорово тряхнуло, после чего перед самыми передними стеклами лайнера с ревом пронесся уже знакомый истребитель. Равиль, чувствуя, как у него по лбу градом катится пот, медленно разогнул ноги. В этот момент из командирских наушников отчетливо послышалось:

– Полста третий, на связи Ястреб. Приказываю вам изменить курс и следовать за мной! Как поняли?

– Собака! – с ненавистью выдохнул Равиль. Повернув голову к Джану, он проговорил: – Приготовься на всякий случай, брат! Если кафиры нас собьют, мы должны успеть воздать хвалу Аллаху!

– Аллах акбар! – с фанатичным блеском в глазах вскрикнул Джан.

– Аллах акбар! – эхом повторил Равиль, быстро направляясь к креслу бортмеханика. – Давай, брат!

Джан вернулся к прерванному занятию. Закончив приматывать левую руку командира, он обрезал скотч стилетом и переместился к правому подлокотнику. Равиль посторонился.

Пока Джан приматывал правую руку летчика, татарин стоял напротив кресла. Повернув голову, он смотрел на висевшие на держателе командирские наушники. В них было тихо. Это могло означать одно из двух. Либо летчик с позывным Ястреб связывался с землей, чтобы получить инструкции насчет дальнейших действий, либо истребитель уже развернулся и набирал высоту, чтобы атаковать «Боинг».

– Готово, брат! – сообщил Джан.

Равиль быстро посмотрел на него и кивнул. После этого он перевел взгляд на командира. Тот сидел в кресле с примотанными руками, однако его корпус остался незафиксированным.

Равиль невольно вспомнил, как извивалась девушка, на которой шахиды тренировались делать уколы в Ульяновске. Так что, исходя из того опыта, командира на всякий случай следовало держать кому-то одному из шахидов. Чтобы оставшийся на это время без присмотра второй пилот не попытался что-нибудь сделать, его тоже нужно было привязать к креслу.

И Равиль сказал:

– Давай и второго, на всякий случай.

Пару секунд спустя шахиды уже подошли к креслу второго пилота. Тот быстро оглянулся. Равиль приставил к его боку пистолет:

– Тихо! Сиди спокойно…

Джан схватил правую руку пилота и принялся приматывать ее к подлокотнику. Равиль косился в окна кабины и настороженно прислушивался. Он готов был умереть во имя Аллаха, но от осознания того, что истребитель в этот момент, возможно, как раз заходит на боевой курс, татарин все равно здорово нервничал.

Смерть не страшила Равиля. Однако, чтобы попасть в сады Аллаха и стать настоящим героем, он должен был умереть так, как задумал. Обрушившись на борту «Боинга» на кафирский стадион.