Черный стрелок - Александр Мазин

Застенов дернул за ногу Алексея, и тот плюхнулся на песок. Собаки с яростным рычанием носились по берегу. Прибежал Миша с ружьем под мышкой, оценил ситуацию, тут же залег.

Застенов отобрал у него ружье, бахнул три раза наугад, туда, откуда минуту назад взлетели птицы. Бросил ружье, схватился за телефон:

– Охрана? Стена! Врача! – заорал он. – К дому Яблока! Быстро, мать вашу! И команду на тот берег! Да, в заказник! Каждый куст, обшарить! Понятно, мать вашу?!

Алексей подполз к дяде Коле. У того на губах уже пузырилась кровь.

– Х-хороший выстрел… – прохрипел Яблоко. – Хороший выстрел, да, Леха? – он попытался улыбнуться. – А мне х-хана… И х-хорошо… А ты уезжай в Англию, Леха… Понял?.. В Англию… Тут… Тебе… – Яблоко передернулся лицом, попытался еще что то сказать, но уже не смог. Рот его так и остался открытым, а зеленые глаза смотрели в синее небо. Последнее, что увидел Яблоко.

Застенов встал на ноги, стряхнул песок.

– Умер, – сказал он совершенно спокойно и передал ружье Мише. – Что он тебе сказал?

– Чтоб я уезжал в Англию, – растерянно произнес Шелехов.

– Почему?

Алексей пожал плечами.

– Он прав, – сухо сказал Стена. Наклонился, достал из кармана убитого связку ключей. – Пошли в дом.

В доме он первым делом прошел в спальню Яблока, задрал ковер. За ковром обнаружился сейф. Застенов отпер его взятыми ключами. Внутри лежали бумаги, драгоценности и пачки долларов в банковской упаковке.

Драгоценности и бумаги Застенов не тронул, а доллары забрал почти все, распихал по карманам.

– Лучшее утешение, когда убивают старого друга, это стать его наследником, – сказал он Алексею и подмигнул. – Тебе не предлагаю, у тебя своих хватает, так?

Шелехов молчал.

– Да не убивайся ты так! – Стена хлопнул его по плечу. – Оно и к лучшему, слово! Ты ж видел, как он мучился! На одном морфии и жил!

В это время в гостиной заработал факс.

– Леха, глянь, чего там, – попросил Застенов, запирая сейф. – Небось, хозяин маляву прислал…

Алексей вышел в гостиную, взял выползшую из аппарата бумажку.

Застенов ошибся: факс был не от Хлебалова. Владыка Никитска и окрестностей виршеплетством не баловался.

Один мудак уже лежит,

А у второго тухлый вид:

Ну что, Стена, приссал, козел?

Врубайся, кто к тебе пришел?

Юматов, сраный прохиндей!

Молись, блядина из блядей!

Мозги на стенку полетят –

И ты, козлина, – прямо в ад!

За Гарьку Шелеха, урод,

Маслину словишь в лживый рот!

А за тобой придет пора

Мочить и вашего бугра!

Хлебалов, бля, фуфлыжный вор!

Тебе мой, сука, приговор!

Пора, козлы, держать ответ

За всех, кого счас с нами нет!

Подпись под стишком была незамысловатая: «Ванька-мститель».

Застенов отобрал у Алексея бумажку, прочитал, шевеля губами, пробормотал:

– Ёш твою поперек… – зыркнул исподлобья на Шелехова, спросил: – Ты что-нибудь понимаешь?

Алексей пожал плечами:

– Думаю, это тот, кто стрелял в дядю Колю, – сказал он.

– Нет, ну борзой! – нервно проговорил Застенов. – Всех обосрал! На тихушу Юматова вообще фуфло кинул. Ты только прикинь, Леха: батьку твоего на него вешает! Ты смотри, Леха, на эту динаму не купись!

– Веня! – Шелехов даже обиделся.

– Да ладно! – Стена хлопнул его по плечу и добавил с явным облегчением: – Ты, братишка, молоток, я же знаю!

На поясе Застенова заворковал телефон.

– Да, я! – рявкнул Стена в трубку. – Здрасьте, Николай Григорьевич!

– Что у вас там? – раздраженно спросил Хлебалов. – Что с Яблоком?

– Все, – коротко ответил Застенов. – Снайпер с того берега. Насмерть.

– Херово, – буркнул Хлебалов. – Но мертвого не оживишь. Охрана там сама разберется. Ты бери ноги в руки и гони в Курган. Там народ бучу поднимает. Вчера гробы привезли, ну этих, с маршрута. Народ поминки справил да и завелся. А Чижик, мудила… Короче, гони в Курган, найди Юматова, он уже там, делай что хочешь, но бучу погаси!

– А как же… Я же с Алешкой… – проговорил Застенов, но Хлебалов уже отключился.

– Леха, – сказал Застенов. – Хозяин приказал в Курган ехать. Там буча. Ты со мной или здесь останешься? А хочешь, я скажу кому-нибудь, чтобы тебя в город отвезли?

– Я с тобой, – решительно заявил Шелехов. – Поехали.

* * *

Двое охранников при появлении бригадира тут же вскочили, вытянулись.

«Стараются, – подумал бригадир. – Молодцы!»

– Как она там? – бригадир кивнул головой в сторону лестницы.

– Ревет, – почтительно сообщил один из охранников.

– Надеюсь, вы ее и пальцем?.. – бригадир сдвинул брови.

Охранники дружно замотали головами.

– Глядите у меня! – строго предупредил бригадир. – Лично бошки поотрываю!

«Вот так. Пусть знают. Кобели молодые. Проглядишь – взлохматят девку. А хозяин мне потом кишку вырвет».

– А почему ревет?

– Да из-за этого… – один из охранников похлопал себя по макушке.

– Ладно, охраняйте! – бригадир вышел из дома, оглядел его снаружи. Вроде все нормально. Два окна на втором этаже, там, где девка, забраны решетками. Решетки поставили неделю назад, потом снимут. Обычный контингент держат внизу, в подвале, именуемом «бункер». Там решетки не нужны, поскольку нет окон. Но эту в бункер хозяин сажать запретил. И почему, спрашивается? Как будто мало там баб держали? Оно и спокойнее, в бункере. Хотя и так спокойно. Отсюда не сбежишь. Даже если бы и решеток не было. Территория огорожена. Шестеро охранников. А по ночам еще и собачки…

«Что это я? – подумал бригадир. – Это ж девка сопливая, а не боец спецназа!»

И все-таки что-то беспокоило, а предчувствиям бригадир доверял. Но раз беспокоиться о том, что внутри, незачем, значит, опасность может грозить снаружи.

«Глупости! – одернул себя бригадир. – Мы ж на своей земле? Кто на нас наедет?»