Общий враг - Павел Захаров

За следующие несколько минут колонна из трех машин миновала три блокпоста иракской полиции. Вокруг своей жизнью жил город, старательно не замечающий идущей войны. За окнами потянулись уже знакомые пейзажи – многоэтажные дома центра Багдада с яркими вывесками и шум стихийных рынков сменили двух– и одноэтажные строения с окнами, закрытыми полиэтиленом и фанерой, ржавые ворота, сточные канавы и горы отходов с копающимися в них детьми и домашними животными. Пассажиры изредка натыкались на взгляды местных жителей, которые следили за проезжающим мимо конвоем из-за заборов или из проемов приоткрытых дверей. Вякий раз, когда Надя встречалась глазами с кем-нибудь из местных, она внутренне сжималась. Надя старалась убедить себя, что вот за этим забором не спрятался боевик с гранатометом, а вот там, за искореженным корпусом какой-то машины не ждет человек с бутылкой с зажигательной смесью. Тот факт, что их там действительно не было, успокаивал слабо – впереди было еще много заборов, поворотов, заброшенных домов, остовов машин… И еще она поняла, что была бы спокойней, если бы рядом сидел Сергей. Он, конечно, невозможный хам, считает ее глупой и даже сумасшедшей, раз она поехала сюда, но… А что «но»… Действительно, зачем я сюда поехала? Сидела бы себе дома… Так нет же…

Родион Захаров играл в шахматы.

– Ходи уже… – подгонял он своего постоянного соперника – сержанта Кросса, играющего белыми. Сержант жаждал реванша после случившегося на днях поражения и сейчас чесал бритый затылок, склонившись над фигурами.

– Мне некуда торопиться… – процедил тот и как-то неуверенно протянул руку к своей пешке.

На лице Родиона появилась самодовольная улыбка. Сержант, видимо, заметил это и отдернул руку.

– А-а-а, Зак, я тебя раскусил! – ухмыльнулся Кросс и, оставив без внимания белую пешку, ухватил ладью.

Захаров нахмурился и заерзал.

– А вот что ты сделаешь теперь, парень? – довольный удачным ходом, Кросс откинулся на стуле и достал из кармана пачку сигарет.

– М-да… Ты поставил меня в непростую ситуацию, – Родион вроде бы был озадачен положением фигур на доске, – но… так-так-так… Не все потеряно. Слушай, ты же говорил, что бросишь! Если я выигрываю, ты бросаешь.

– Заметано, но… Успеется… Ты продул, Зак! Смирись с поражением, русский! Сдавайся.

– Русские не сдаются. А что ты скажешь насчет вот этого…

Родион передвинул своего коня.

– Бессмысленная суета, – Кросс даже не смотрел на доску и выпустил в воздух струю сигаретного дыма.

– Эх… Ну ладно. Что тут у нас… Зак, ты меня удивляешь!

Кросс пошел ферзем – и черный конь покинул доску.

Захаров раздумывал недолго – он был готов к такому повороту и тут же пошел своей ладьей.

– Вот, теперь точно все, – Захаров хлопнул ладонью по столу.

Кросс бросил взгляд на фигуры и улыбка моментально исчезла с его лица.

– Так, что ты сделал? – недокуренная сигарета упала на землю.

– Вот это. Шах и мат.

– Э-э-э… Стоп-стоп-стоп, как это, Зак… Черт! Ты меня надул!

– Не надул, а выиграл. Победил в честном поединке.

– Ты… Вот с той пешкой! Когда я, – указательный палец Кросса метался по доске, восстанавливая траекторию движения фигур, – хотел пойти сюда… А ты… Ну все. В следующий раз я с тобой разделаюсь!

– Расслабься, сержант, каждый раз так говоришь. Теперь ты просто должен бросить курить свои вонючие сигареты. Ты разве не знаешь, что капля никотина убивает лошадь?

– Какую лошадь… – Кросс поднял удивленный взгляд на собеседника.

– Любую. В общем – ты обещал.

– Я ничего не обещал!

– Да-да, конечно. «Заметано!» – Родион изобразил Кросса.

В этот момент рядом возник рядовой Виллис.

– Зак, к капитану.

Захаров встал из за стола и поправил форму.

– Зачем?

Виллис пожал плечами.

– Откуда мне знать?

Как и любой другой человек, которого неожиданно потребовало к себе начальство, Родион ощутил внутри легкое беспокойство. Гадая, что же могло понадобиться от него капитану, Захаров перешагнул лужу перед входом в бункер, миновал ржавую стальную дверь с массивными запорными рычагами и оказался внутри. Метровые стены этого сооружения защищали от иракской жары – внутри бункера было прохладно. В этот момент из помещения, служившего командным пунктом, навстречу солдату вышел командир роты, капитан Майкман.

– О, Захаров, вы уже здесь, отлично. Командование решило доверить вам крайне ответственное задание, от выполнения которого очень многое зависит.

Родион был озадачен и заинтригован.

– Конечно, сэр. Какое задание, сэр?

Капитан и его подчиненный остановились напротив карты местности, висящей на стене. Родион отметил, что настроение у командира хорошее и немного расслабился.

– Итак… – капитан сел на скамейку, стоящую перед картой, и жестом предложил Захарову присаживаться рядом, – мне только что позвонили из штаба… К нам едут репортеры. Съемочная группа. Я назначаю тебя своим помощником по связям с общественностью и хочу, чтобы ты им тут все показал и рассказал. Задание ясно?

«Черт побери, он же прекрасно знает, что я терпеть не могу подобные мероприятия! – подумал Родион. – Нянькайся теперь с этими…»

– Так точно, капитан.

– Я не сомневался, – удовлетворенно кивнул Майкман.

– Можно вопрос, сэр?

– Задавай.

– Почему я?

– Репортеры – русские.

«Замечательно…»

– Капитан, сэр, – из командного помещения высунулся радист, – конвой 3-60 с базы сообщает о прибытии. Будут через минуту.

Бронеавтомобиль, блокирующий въезд на территорию бункера, сдал назад, пропуская колонну из трех машин. Первыми въехали два «Хаммера», за ними медленно вполз тупоносый «Буффало». За стеклами его маленьких окон сложно было рассмотреть пассажиров – Родион видел только силуэты.

– Где-то я уже это видел… – произнес Зак, – «Какой-то вертолет, набитый людьми…»

Из головного «Хаммера» выбрался Портнов и, машинально поправив М-4, висящую на лямке, направился к встречающему конвой солдату.

Кроме Родиона колонну встречали все свободные от несения службы бойцы. Они с большим интересом наблюдали за происходящим – информация распространилась быстро и всем уже было известно, что в «Бункер-хилл», как его окрестили солдаты, едут журналисты. Из «Буффало» начали выбираться пассажиры. Следом за мужчиной средних лет на землю спрыгнула девушка. Из-под каски, выглядевшей у нее на голове как большая кастрюля, торчал хвост из рыжих волос. Девушка, жмурясь от яркого солнца, из-под ладони посмотрела на встречающих и помахала рукой. Кто-то из наблюдавших присвистнул, послышались приветственные крики.