Нано смерть - Максим Шахов

— И что с ним будем делать? — спросил Корняхин, усевшись на переднее сиденье машины.

Изъятый в банке «Волжский кредит-сервис» компьютер лежал сзади рядом с Виктором.

Тот удивленно посмотрел на Корняхина:

— А что с ним делать?.. Записи смот… А! Вы про этого вышибалу из банка?

Кряжистого начальника охраны «Волжского кредит-сервиса» погрузили в другую машину, которая двигалась сзади.

— Так точно, — кивнул Корняхин.

— Что обычно, — пожал плечами Логинов. — Возбудить дело, завтра отвезти в суд для избрания меры пресечения. Ну а до утра пусть подумает в камере, как нехорошо нарушать законы…

— Понятно, — вздохнул Корняхин.

— А конкретнее?

— Да я просто думаю… может, его просто припугнуть, ну, в смысле, взять объяснительную и отпустить?

— Вот сейчас я вообще не понял! — нахмурился Виктор. — Вы что, предлагаете мне отпустить преступника?

— Да нет! То есть да… Просто это дело все равно развалят…

— А как его можно развалить?

— Да как обычно! Копейкин, это глава нашего СК, долго работал в областной прокуратуре, так что с сотрудниками из нее в очень хороших отношениях. Вы уедете, прокуратура примет решение об изменении подследственности. Так что это дело у нас заберут и начнут ребят таскать…

— Теперь понял! — кивнул Виктор. — Похоже, этот Копейкин тут у вас крупный авторитет?

— Да!

— Хорошо! — почесав переносицу, проговорил Виктор.

— В смысле, отпускаем?

— В смысле, занимаемся разделением труда! Копейкина я беру на себя. То есть все стрелки с этой секунды переводите лично на меня. А сами занимайтесь работой… Понятно?

— Так точно! — кисло ответил Корняхин.

— Непонятно… — вздохнул Виктор. — Тогда конкретизирую. Если я говорю, что беру Копейкина на себя, это означает, что я беру на себя все проблемы. И гарантирую, что у вас их не будет. Я понимаю, что все так говорят. Но я не все. Знаете, полковник, чем страшна мафия?

— Круговой порукой?

— Нет. Тем, что она делает, что обещает. В этом смысле я мафиози до мозга костей. Поэтому забудьте о Копейкине. Ваше дело переводить стрелки на меня. И работать. Теперь понятно?

— Так точно! — уже веселее ответил Корняхин.

Виктор задумался — тратить время на Копейкина самому непродуктивно. Отвлекать генерала, занятого подготовкой к заседанию Совбеза и координацией расследования, тоже не хотелось.

— Так… — сказал он. — Останови-ка!

Водитель сбросил скорость и направил автомобиль к обочине. Шедшая следом машина с операми тоже замигала поворотниками. Когда водитель припарковался у бордюра, Виктор сказал:

— Я сейчас!

Вынырнув из машины, он набрал номер одного из замов управления собственной безопасности центрального аппарата ФСБ.

— Зотов, слушаю!

— Здорово, Зотов! Это Логинов!

— Здоров!

— Можно срочно поставить на официальную прослушку мои телефоны?

— Ты ж не обкурился, нет?

— И водку не пил сегодня, и справка у меня есть!

— Ясно! Угрозы?

— Не совсем… Я тут в Волгограде по делу о взрыве работаю. А глава местного СК всех силовиков в страхе держит. Банк его сынка отказался выдать следствию записи. Пришлось брать силой. Теперь местные опасаются, что дело переквалифицируют и их же сделают козлами отпущения… А мне в эти танцы играть некогда. Поэтому самое простое — вынудить его мне позвонить и зафиксировать попытку оказать давление…

— Мы не в Америке, Логинов!

— Что?

— У нас это не сработает! Там очень много юридических нюансов… Проще хлопнуть его на взятке!

— И как ты себе это представляешь? Думаешь, он такой тупой, что попытается лично всучить мне взятку?

— На всякого мудреца довольно простоты!

— А санкция суда?

— Расслабься, Логинов! У нас правосудие круглосуточное! Для добрых людей. Я на прошлой неделе санкцию в сауне брал в час ночи…

— Судья была женщиной?

— А ты что, сексист?

— Так ты ее заодно трахнул?

— Логинов, я был на работе плюс жену свою люблю! Еще один такой вопрос, и я задумаюсь о твоем моральном облике! Короче, слушай, что надо делать…

Пару минут спустя Виктор вернулся в машину и бросил водителю:

— Поехали!

Корняхин вопросительно посмотрел на Логинова, но тот промолчал. Когда машины припарковались у гостиницы, он выбрался и кивнул Корняхину: