Джунгли убивают нежно - Андрей Негривода

Жерарди молчал около десяти минут.

– Что ж, Кондор... Я тоже не вижу иных вариантов... Будем надеяться на профессионализм твоей команды. Раз больше не на что... – И тут он обратился к Стару: – Вы опытный человек, капрал-шеф, что вы думаете о плане операции?

– Чиф все правильно сказал и, как принято в разведке, посоветовался с членами группы – это наше коллективное решение, мон женераль, мне нечего добавить.

– Чиф? Почему Чиф?

– Это от английского Chef, что созвучно его званию и по-французски Adjudant-Chef.

– Но Chef в английском означает повар!

– А разве Ален не заваривает сейчас крутую кашу, мон женераль? – улыбнулся Стар.

Жерарди улыбнулся в ответ:

– Это так!.. Что ж, Кондор, на время этой операции твой позывной Чиф... Будем надеяться на то, что у тебя получится это «варево» и мы все вместе им не поперхнемся...

...В Порт-Элизабет они прибыли в 10.00, 13 апреля...

Транспортный самолет с позывными «Дельта-Чарли ноль двенадцать» ждали. А как только он закончил свою рулежку по полосе и, остановившись наконец, стал открывать заднюю аппарель, к нему немедленно подкатил открытый армейский «Хаммер».

Взвод, не обращая ни малейшего внимания на пассажиров джипа – мало ли кто тут мог приехать поглазеть на французских «Диких Гусей», – стал неторопливо, без суеты выгружаться на бетон «взлетки».

– Помочь, военные?

Неприкрытая ирония звучала в этом вопросе, но... К удивлению «молодых» бойцов взвода, «старички», не сговариваясь, побросали свое снаряжение и с белозубыми оскалами, потому что улыбками это не решился бы назвать даже самый креативный режиссер Голливуда, галдя, как первоклассники, стали тискать в своих объятиях двоих крепких и по форме закамуфлированных мужичков.

– Черти полосатые! Бродяги! Вот и встретились! – орали они в несколько глоток. – Ну что, теперь прогуляемся вместе?!

Когда же улеглись первые страсти, настала очередь Кондора:

– Жду доклада, господа военные! – произнес он, улыбаясь.

Двое вытянулись по стойке «Смирно!» и доложили по Уставу:

– Шеф-капрал Tease (Задира) и шеф-капрал Waterman (Водяной) прибыли для совместной прогулки по местным джунглям, мистер шеф-адъютант!

Кондор решил проявить «командирскую суровость»:

– Во французской армии, солдат, приставка «старший» или «шеф» произносится в конце произнесенного звания, например «капрал-шеф»!

– Да хоть посредине! – прыснул смехом Задира. – Шеф – он и в Африке шеф! Где вы лазите, засранцы, мы вас тут уже два часа ждем?!

– Башибузуки, мать вашу! – сдался, наконец, Андрей. – Вольно! Разойдись!

Задира тут же ринулся обнимать своего старого друга.

...Теперь, спустя пятнадцать часов, они все вместе, двадцать восемь прекрасно тренированных бойцов взвода Кондора, вот уже три с лишним часа двигались навстречу неизвестности со скоростью примерно в 150 кэмэ в час...

...Здесь, в этих широтах, светает, так же как и темнеет, резко и неотвратимо. И утро, и вечер тут практически отсутствуют – полчаса, и вот тебе уже день, полчаса, и уже ночь. Солнце словно срывается с невидимой нитки и падает после жаркого дня, или словно его выстреливают на небосвод из катапульты после довольно прохладной ночи...

Андрей пристально вглядывался в утренние сумерки и мысленно говорил спасибо пилотам, так точно рассчитавшим время полета. До «точки выброски» оставалось минут десять, и они уже были над «вражеской» территорией.

«Здравствуй, страна Зимбабва... Как-то ты нас встретишь?..»

– Чиф, мы на подлете! – раздался в наушнике голос пилота. – Готовность три минуты!

– Принял! – ответил Кондор и переключился на волну для связи с группой во второй «вертушке»: – Стар, готовность три минуты!

– Пр-ринял!

– Внимательнее там при десантировании, Паша.

– Будь спок, ком! Все будет на пятерочку!

– Вы десантируетесь первыми, Стар, так что надо смотреть во все глаза!

– Сделаем! Не мандражируй, кэп, – пацаны свое дело знают!

– Ладно... Конец связи!

Он еще успел заметить закамуфлированную спецгримом улыбку Павла в соседнем вертолете, когда в наушниках раздался голос его «извозчика»:

– Вижу небольшую поляну, иду на снижение. Готовность тридцать секунд!

– Всем приготовиться! – произнес Андрей и сдвинул в сторону тяжелую бронированную дверь.

Резкий, мощный поток теплого и влажного воздуха ворвался вовнутрь и забил, захлопал матерчатыми складками четырнадцати пятнистых камуфляжей. А бойцы уже выстроились друг за другом в ожидании.

«Вертушка» Стара, снижаясь, резко задрала нос, гася скорость, и из нее посыпались пятнистые тени, когда она пошла по пологой дуге.

«Словно жеребца на полном скаку резко потянули за удила, а он и присел на круп, притормаживая... – пронеслась мысль в мозгу Кондора. – Недаром у французских и американских вертолетчиков не эскадрильи, а эскадроны, как в кавалерии...»

Двадцать секунд, и на смену первой к поляне устремилась вторая «вертушка»... Двенадцать метров... Десять... Семь... Пять...

– Has gone!!! Go! Go! Go! – рявкнул Кондор во все горло. – Forward!!!

В считаные секунды чрево вертолета опустело, а Андрей и Гот тем временем уже выбрасывали тюки.

– Пошел! – скомандовал он сам себе и прыгнул вниз, группируясь в прыжке для переката.

Последним на поляну десантировался исполин Гот...

Сочная, упругая, густая трава поляны приняла на себя тело Филина и мягко самортизировала, словно зеленый батут. Кувырок, перекат через правое плечо, и он уже встал в низкую стойку на правое колено, выцеливая из своего автомата такие близкие и опасные теперь джунгли. Но целей пока не было, были видны лишь две спины бойцов из группы Стара, которые уже успели отбежать метров на двадцать и, как и Андрей, присесть на одно колено.

– Осмотреться по «бутылкам»!

Теперь во взводе, включая и самого Кондора, было девять проверенных не единожды младших командиров, и известные из геометрии 360 градусов кругового обзора можно было смело нарезать на девять долей, по «бутылке на брата», как выразился Стар, в смысле, по 40 градусов. Хотя, если честно, так вести наблюдение нельзя ни в коем случае! Правильнее всего, когда соседние наблюдатели перекрывают сектора друг друга градусов на пять. Итого, получалось по 50, что совсем не много для опытного разведчика.

Через минуту пошли доклады:

– Чисто! – первым прорезался, конечно, Стар.

– Чисто! – ненамного отстал Водяной.

– Purely[30]! – доложил Джамп.