Медиа-киллер - Владимир Вера

– Че уставились?! – цыкнул на обитателей блока маленький человечек с густыми черными бровями. – А ну, рассосались по нарам! Жмура не видели?! – Он протянул свою ладонь Соболю с требованием отдать заточку. – Не боись, это для твоего же блага. – Соболь не сразу, но подчинился. После этого произошло почти невероятное. «Свистка», спровоцировавшего конфликт, ожидала участь заколотого Краснопера. Теперь в кубрике было два трупа, одному из которых Лорд вложил в руку заточку Соболя.

Посягнувший на власть пахана положенец приказал мужикам оттащить окровавленные трупы к параше. В этот момент в помещение отряда ворвалось человек пять охраны с дубинками. «Контролеры» отдубасили первых попавшихся под руку. Затем вошел ДПНК – дежурный помощник начальника колонии Суразеков.

– Кто сделал? – сурово спросил он, зная наперед, что не получит никакого ответа до тех пор, пока не прощупает осведомителей. – Я спрашиваю кто?

– Да сами они. Сами себя поранили. Жить надоело в казенном доме, – вырвался навстречу Лорд.

– А, Лорд! Захотелось уединиться в карцере?! Я тебе вмиг ШИЗО устрою! – оскалился Суразеков. – А могу еще чего-нибудь придумать, чтоб жизнь медом не казалась.

– Уединение – еще не одиночество. Как бы ты, Суразеков, не оказался один в темном переулке… Ты хоть и мусор, но человек неглупый. А если хочешь потолковать, зачем же на людях шуметь. У меня, может, у самого к тебе разговор имеется.

– Это угроза?! Пугать меня?!

– Угрожают людям, а ты – никто, таких без угроз вагонами мочат…

– Мне твои разговоры ни к чему, – включил заднюю передачу дежурный, но не надолго. Прапорщик и сверхсрочники ждали распоряжений. – Будешь с начальником разговаривать. В ШИЗО его!

Ретивые исполнители принялись было заламывать Лорду руки, но ДПНК умерил их пыл утверждением, что положенец в состоянии проследовать к изолятору собственным ходом, чем подсознательно пытался задобрить уголовника.

– Руки за спину! – скомандовал прапорщик. Ни в эту ночь, ни в следующие два дня никто с Лордом не стал беседовать. Все это время авторитет просидел в одиночке, что помогло ему хорошенько обдумать ситуацию. Малявы приходили исправно. Одна из них особенно порадовала. Деньги теперь не были проблемой. В зону поступил «грев». Братва подняла бузу как против «кума», так и против «скурвившихся» блатных.

В канцелярию «кума» его привели под усиленным конвоем. Но по его просьбе оставили с начальником исправительного учреждения с глазу на глаз. Здесь он сделал «казематной гниде» дельное предложение.

– Тебе завтра с воли принесут двадцать косых грина – переведи пахана в другую зону, начальник. Иначе пеняй на себя. Будет бунт, кроилово серьезное намечается… Тебе оно надо?

– Ты на себя не много берешь? – Полковник юстиции смерил уголовного авторитета подозрительным взглядом. За прошедшие два дня и две ночи он времени даром не терял. «Трусил стукачей», наводил справки. Он узнал все об инциденте, произошедшем в кубрике, и сделал вывод, что «романтики ножа и топора» не смогут без его помощи противостоять гангстерам из новых, у которых имелась весомая «зеленая аргументация». Расклад сил в зоне изменился, но помогать не хотелось никому. А пахану, подбросившему ЧП перед ежегодным подведением итогов, тем паче.

– Я на себя ничего не беру и вину за откинувшихся урок, что друг друга покромсали, тоже на себя не могу взять. Устроили дуэль в чужом отряде. Как это они за пять минут до поверки в моей хате оказались? Может, Суразеков в курсах?! Я, если что, объяснительную черкану. И все накалякают, что я им продиктую. Решай, начальник. Людей серьезных обижать нельзя. В хате справедливости нет и не будет при таком смотрящем.

«Кум» кумекал молча. Он знал о трениях пахана с Лордом. Давно заметил, что карлик обойден милостью блатного кагала. И то, что одолеть его до конца, усмирить оппозицию им не под силу. Стало быть, слабость налицо. То, что Лорд вздумал наглеть именно теперь, когда в зону этапировали Соболевского, тоже было очевидно. Не хватало резни в его владениях! Черта с два он даст себя втянуть в уголовные разборки! Может, и впрямь разумнее пойти на уступку? Это безопаснее, чем дружба с посрамленным паханом. Это почти бескорыстное сотрудничество не приносило ничего, кроме мнимого спокойствия. Да и то оказалось иллюзией. Жена мечтает о шубе. Давно мечтает, дубленки ей мало! Дочке в институт поступать. Сейчас государственная квота для студента обходится дороже коммерческих факультетов. Столько пахан не предложит. Старый маразматик десять лет как прописался в зоне и не собирается отсюда выбираться. Для него зона – дом родной, небо в клетку – милый сердцу пейзаж. Он жадный. Деньги такие у его корешей на воле, конечно, есть. Но подбрасывают они только «кости» – а он доволен. А этот Соболь – перспективный. Его люди доставили «грев» размером с эшелон на счет раз-два: сим-карты, чай, колбасу и шоколад. Даже книги привезли – на кой они зэкам? Им бы журнальчики… Закрадывается им в сердца. Такого голыми руками не возьмешь. Убитые? А что убитые? Не выносить же сор из избы. За происшествие по головке не погладят. Мокруха – это тебе не грубое нарушение распорядка. Тут двойное убийство. Ну, а раз двойное, то пусть и платят по двойному тарифу.

– Что надумал? – поторопил Лорд.

– Сорок, – отрезал «кум». – И чего они не поделили?! Эти двое, Краснопер и второй, Колесников?

– Заточку и не поделили. Один у другого скрысил, а повесить хотел на правильного арестанта. Повод нешуточный. У своих крысятничать, сам понимаешь, как за такое наказывают. Свидетели к тебе в очередь встанут.

– Это мы поглядим, – кашлянул начальник. – И это…

– Завтра в семь утра встречай на КПП посылку. – Никто из двух новых «хозяев» зоны, ни Лорд, ни Соболь, не являлись благотворителями. Они оба снимали себя с крючка. Способ был только один – безграничная власть, ведь лучшая защита – нападение. К тому же Лорд открывал для себя новые горизонты. Он нутром чуял, что Соболь именно тот человек, с кем стоило работать. Сидя в ШИЗО, Лорд меньше всего думал о том, согласится ли «кум» на сделку. Смерть Краснопера посадила пахана в лужу. Оцепенение продлится ровно столько, сколько потребуется времени, чтобы окончательно избавиться от бремени старых волков. Теперь у него был новый союзник, и у этого союзника, похоже, имеется немалый финансовый ресурс. Еще Филипп Македонский, отец покорителя Азии Александра Великого, говаривал: «Осел, груженный золотом, возьмет любую крепость».

Колония только и судачила о том, что Лорд и Соболь «скинули» пахана. После того как Лорд вернулся в отряд не только живым и невредимым, но и довольным, спокойным и даже веселым, болтуны растиражировали по зоне новость № 1. Власть переменилась. «Кум», получив посылку, резво выполнил свою часть «контракта». С тех самых пор Соболь проникся уважением к Лорду и отвел положенцу важную роль в своих амбициозных планах.

Месть – слово, ввергающее тело в озноб. Соболь ни на минуту не забывал о врагах, упрятавших его сюда. Им было бы спокойнее, если б удалось его убрать физически. Но судьба оказалась благосклонной, а Соболь верил в судьбу. Он жил надеждой, что расплатится по счетам.