Танго смерти по-киевски - Александр Афанасьев

Голосуй — не голосуй, все равно получишь …

Народная мудрость.

Посольство США в Украине — было больше чем просто посольством. С этим местом было связано множество легенд — и одна из них заключалась в том, что отсюда — рулили Украиной. Трудно было вообразить что-то более далекое от действительности. На самом деле — США рулило Украиной примерно так же, как в Техасе на родео — ковбой «рулит» необъезженным быком. Он просто старается удержаться на спине разъяренного, брыкающегося животного — но это почти никогда не удается. И вопрос только в том, когда ковбой упадет и не окажется ли он под копытами…

На сегодняшний день — американским послом в Украине был профессиональный дипломатический работник Майкл Фоуленд, он сменил на этом посту политического назначенца, непрофессионала^[42]. Фоуленд, республиканец, начинавший в Албании и своими глазами, видевший албанский мятеж 1997 года, работавший в посольствах в Ираке, Пакистане, Кении, Нигерии — только вступив в должность, сразу оценил всю тяжесть сложившейся в стране ситуации. Страна была на пороге социального взрыва. За три года, прошедшие со времени «революции гидности» стало окончательно ясно, что никто не собирается проводить никакие реальные реформы и вести страну хоть куда-то. На Запад, на Восток — хоть куда-то. Чтобы вести — нужно было предпринимать хоть какие-то действия, а этого никто делать не хотел — не буди лиха, пока оно тихо. Вместо политики — была ее имитация. Нет, формально демократия существовала — проводились регулярные выборы, существовала власть и оппозиция, причем оппозиция имела реальный шанс сменить власть на посту и это за историю независимой Украины происходило уже как минимум четырежды^[43]. Но та политическая практика, что сложилась на Украине, имела с представительной демократией столько же общего, сколько родительская любовь с педофилией.

Принципиальная разница между всем этим и демократией была в том, что при демократии политические партии выражают волю определенных групп избирателей, имеют программу, выработанную для удовлетворения нужд и потребностей избирателей, и, придя к власти, реализуют заявленную программу в интересах своих сторонников, своей группы избирателей. В Украине — партий как таковых не было, а были политические проекты. Отличие партии от политического проекта в том, что политическая партия борется за власть в интересах избирателей — а политический проект привлекает интерес избирателей ради борьбы за власть. В стране — существовал устоявшийся набор криминально — олигархических группировок, которые ради сохранения нажитого и наворованного, и гарантий безнаказанности — занимались политикой. Политическое перпетуум мобиле^[44] — ты зарабатывал деньги, чтобы потратить их на политическую борьбу, чтобы продолжить зарабатывать деньги, чтобы снова тратить их на политическую борьбу, чтобы и дальше зарабатывать деньги. Замкнутый круг. Эти криминально-олигархические группировки, изучали общественное мнение примерно так же, как изучают рынок, дальше создавали политические проекты, для каждой группы избирателей свой, приглашали известных, раскрученных политиков, «торгующих лицом», выбрасывали тщательно выверенные, написанные рекламными агентствами лозунги и шли на выборы. Ничего из того, что они обещали — они не собирались выполнять изначально. На выборах можно было голосовать как угодно, были в избытке и правые, и левые и центристские партии, но все что ты выбирал — какая группировка какой кусок общего пирога получит. После выборов — создавалась коалиция, среди которой распределялись «хлебные» (коррупциогенные) места, после чего — те, кто прорвался во власть начинали «отбивать» потраченные на это деньги. Все данные обещания — разом забывались, а продажность и мобильность украинских политиков просто потрясала — левый политик, если ему это было выгодно, за одну ночь мог стать правым и наоборот. Попав на «хлебное место», украинские политики объедали всё, что можно съесть, как саранча — и шли дальше. За четверть века — эти люди довели страну, которой в девяностые прочили будущее самой успешной постсоветской республики, «славянской Франции» — до последней черты. Экономика уже не работала, а аппетиты власть имущих все росли — они уже проели все проценты, какие только можно и подъедали основной капитал. Что будет после того, как закончится и он — никто не думал.

Но в отличие от всех предыдущих послов США на Украине — Фоуленд был профессиональным африканистом, специалистом по странам третьего мира — ситуация его не ужасала и не выбивала из колеи, он видел такое и не раз. В Африке. Украина — была типичной африканской страной, белая кожа жителей которой была не более чем недоразумением. Все ровно тоже самое. После ухода колонизаторов — перестали работать и проели то наследие, которое им было оставлено. Цветет и пахнет трайбализм — это когда каждый, кто занимает должность, начинает подтаскивать людей с одного рода, клана, племени, села, невзирая на их профессиональные качества. На Украине — каждый знал, из какого он села и района, существовало понятие «селюки», политики группировались в основном по территориальному признаку — черновицкие, одесские, днепропетровские, донецкие, харьковские. Иррациональная ненависть к бывшим колонизаторам — русским, стремление «все сделать по своему», разрушить даже хорошо работающие механизмы. Совершенно дремучая ксенофобия — украинцы ненавидели украинцев с Востока за то, что они говорят по-русски, в ультимативной форме требовали учить украинский язык, без уважения относились к их национальным и культурным особенностям, применяли насилие по этническому признаку. В ходу были уничижительные прозвища русских — вата, колорады, ватники, рабы — точно тоже самое, как хуту называли тутси «тараканами» или радикальные сунниты говорили, что шииты родились от блуда женщин с собаками. Примитивизм, почвенничество, возвращение к истокам — украинцы сознательно понижали планку, начинали носить костюмы с элементами фольклорного национального (вышиванка), многие выступали за то, чтобы уничтожить крупную промышленность, так как на заводах работают «рабы», заняться примитивным сельским хозяйством. При том, что во многих странах модернизация сопровождалась как раз отказом от национальных особенностей, признанием что «мы такие же как и все» — при дворе Императора в Японии, например, запрещено носить национальный костюм, только европейский костюм-двойка^[45]. Запредельный уровень коррупции и неуважения к закону — точно признак нецивилизованных людей. Но для африканских стран — такой уровень коррупции и трайбализма нормален, они так живут. Совершенно дикие бредни вместо собственной истории — о том, что украинская культура является древнейшей, о том, что ей тридцать пять тысяч лет, о том, что украинцы выкопали Черное море. Использование коллективных скачек как элемента сплочения (кто не скачет, тот москаль) — такое используется, например у масаев в Африке, они коллективно подпрыгивают, перед тем как отправляются на охоту…