"Боинг" идет на таран - Максим Шахов

– Тихо, тихо, – сказал Виктор. – В твоем положении лучше не дергаться.

– Ты кто? – хрипло спросил террорист, снова открыв глаза.

Вопрос дался ему нелегко, он едва выдавил его из себя сквозь сцепленные от боли зубы.

– Я Мать Тереза! Помогаю болящим и убогим, только при условии, что они отвечают на мои вопросы. Ты готов отвечать?

– Я не разговариваю с жалкими кафирами! – процедил скуластый и даже попытался плюнуть Виктору в лицо.

Получилось это у него не очень. Вязкая слюна, едва отделившись от губ, сразу плюхнулась на подбородок террориста. Логинов усмехнулся:

– Это было впечатляюще. Ты крутой парень, да, Айад? Настоящий воин Аллаха! И ничего не боишься.

– Да, собака!

– Ну-ну! – сказал Виктор. – Сейчас проверим… Кстати, просто для общего сведения: вопрос у меня всего один – зачем вы пытались захватить самолет? Ответишь – я позову тебе врача. Нет – буду разбирать на запчасти, пока не отправишься вслед за своими дружками в ад!

– Собака! – прошипел террорист. – Ты врешь! Равиль и Джан закрылись в кабине. Ты до них не доберешься!

– Я до них уже добрался. Они мертвы.

– Врешь!

– Можешь не верить, – пожал плечами Виктор. – Мне это все равно. Ты запомнил, что меня интересует?

– Со… – хотел было сказать террорист, но Виктор неожиданно ударил его растопыренными пальцами по глазам.

Террорист инстинктивно дернулся, отчего его тело пронзила дополнительная боль из-за переломанных ключиц. Скуластый буквально заскулил от боли, суча по полу ногами. Виктор пристально смотрел на него. Когда черты лица террориста слегка разгладились, он проговорил:

– Так зачем вы хотели захватить самолет, Айад?

– Пошел прочь, собака! – всхлипнул террорист.

Виктор тут же снова ударил его по глазам. Никаких лекарств, которыми можно было бы поддерживать террориста во время пыток в сознании, под рукой не было. При ударах же по глазам в кровь выделялся адреналин в лошадиных дозах. Поэтому Виктор через время повторил процедуру еще раз.

Когда скуластый перестал корчиться, он спросил:

– Ну что, ты мне ответишь или перейдем к следующему этапу?

На этот раз скуластый промолчал. Он явно был фанатиком, из-за чего довольно стойко переносил боль. Однако боли оказалось слишком много даже для него. Это говорило о том, что нужно спешить. Пережитый болевой шок вкупе с такой дозой адреналина могли в любой момент прикончить террориста.

– Ну, как знаешь! – сказал Виктор и, перекинув ногу, сел скуластому на грудь.

При этом он прижал ногами руки террориста к корпусу, что отозвалось жуткой болью в сломанных ключицах террориста. Скуластый замотал откинутой головой и легонько завыл. Логинов выждал, когда он придет в себя настолько, чтобы воспринимать голос, и снова спросил:

– Так зачем вы хотели захватить самолет, Айад?

– Собака-а-а! – провыл террорист. – Собака!

– Ты лучше скажи, – посоветовал Виктор. – А то двое твоих дружков уже сдохли, и ты скоро сдохнешь. И никто так и не узнает, зачем вы хотели его захватить.

– Мы его захватили во имя Аллаха! И сделаем то, что задумали, во имя Аллаха! И ты, собака, нас не остановишь! – вдруг приподнял голову террорист.

Это заставило Виктора поторопиться. Учитывая, какую чудовищную боль испытывал скуластый, жить ему оставалось недолго. Не больше нескольких минут. И Виктор, зафиксировав растопыренной левой рукой голову террориста, начал медленно вдавливать большой палец в его глаз, при этом повторяя:

– У вас ничего не получится! У вас ничего не получится! Ничего! Не получится! Ничего…

Скуластый задергался и затряс ногами от боли. Однако Виктор зажал его словно в тисках, и в конце концов террорист заскулил, как угодивший в капкан волк.