Червонная дама - Алексис Лекей

Розелина проснулась в обычное время и сейчас же вспомнила приснившийся ей странный сон. Во сне к ней приходила начальница. Вот ведь дичь. Впрочем, не большая дичь, чем вся ее жизнь.

Или это был знак? Розелина понимала, что стоит на перепутье. Она могла вообще не вставать с постели и постепенно погружаться в небытие, ожидая, когда смерть освободит ее от страданий, но почему-то сегодня утром этот выход уже не казался ей таким простым. В своем молчаливом отчаянии она опустилась на самое дно. Но вчера кое-что случилось. Она попыталась посмотреть на себя взглядом своей начальницы — сначала яростным, затем недоуменным, наконец — растерянным, и то, что она увидела, совсем ей не понравилось.

Покорившись судьбе, она потеряет не только жизнь, но и себя самое, то представление о себе, которое выстраивала с детства. Вместе с ней исчезнет нечто трудноощутимое, но невероятно важное, что-то такое, чему она не могла подобрать названия, но чем, несмотря ни на что, дорожила.

Хотя… Не так уж трудно это ощутить. Она принюхалась и поняла, что от нее разит немытым телом.

Сбросила с себя одежду и долго стояла под душем. Затем переоделась во все чистое, тщательно выбирая каждую вещь.

Протерла запотевшее зеркало в ванной, изучила свое отражение и решила, что ей не повредит немножко тональной пудры. Для того, что она задумала, ей совсем не нужно, чтобы окружающие косились на нее с жалостью.

Нарядившись в свое самое красивое платье, она проверила содержимое сумочки, убедилась, что ничего не забыла, и вышла из дому.

Наконец-то она решилась. Она больше не собирается плыть по воле волн. Она нисколько не сомневалась, что это правильное решение. В любом случае она не видела другого выхода. Умереть она не боялась — эта стадия у нее давно миновала, но если уж умирать, так хотя бы чисто и никому не причиняя вреда. Она еще не знала, что именно предпримет, но не волновалась об этом. У нее впереди еще пара-тройка недель, что-нибудь придумает. Она успокоилась.

На работе к ней бросилась сослуживица. Вчера она ей обзвонилась. Почему Розелина не подходила к телефону?

Наверное, линия неисправна, отговорилась та.

Коллега присмотрелась к ней и заявила, что вообще-то сегодня она выглядит намного лучше, чем вчера. И добавила, что начальница велела предупредить ее, если Розелина не придет на работу.

— Так что мне делать? — спросила Розелина. — Сказать, что я здесь? Или не надо? Ладно, сейчас зайду к ней.

Она постучалась в приоткрытую дверь кабинета.

Мириам сидела за столом, скрестив ноги, и сортировала разложенные перед ней фотографии выставленных на продажу домов.

— Да? — не поднимая головы, бросила она.

— Вы хотели меня видеть?

Мириам моментально отвлеклась от фотографий. Стоявшая перед ней молодая женщина приходилась дальней родственницей той, что накануне вышла без спросу из ее кабинета. Красивая, даже обворожительная, и полная жизни. Где тот пустой, затравленный взгляд, который так напугал ее вчера?

— Я и сама хотела с вами поговорить, — быстро начала Розелина. — Извините за вчерашнее. Не знаю, что на меня нашло. Я все переделаю. Ошибок больше не будет. А аудитору сейчас позвоню и скажу, что это я во всем виновата.

— Не стоит, Розелина, — с улыбкой ответила Мириам. — Главное, чтобы работа была сделана. Сегодня вы чувствуете себя лучше?

— Намного лучше, спасибо. Но я еще что-то хотела вам сказать, — чуть поколебавшись, добавила она.

— И я тоже кое-что хотела вам сказать.

Женщины улыбнулись друг другу.

— Кто первый, вы или я? — спросила Мириам.

— Можно мне? — предложила Розелина. — Дело в том, что я… Я вас покидаю.

И, не дожидаясь ответа, быстро заговорила:

— Только не думайте, что мне предложили работу интересней или зарплату больше. Мне здесь очень нравится.

— Тогда в чем причина?

— Я собираюсь вообще бросить работу. Но вы не волнуйтесь, я не уйду, пока вы не найдете человека на мое место. И даже еще немного поработаю, чтобы ввести новенькую в курс дела.

Мириам вздохнула:

— Может, еще передумаете? Я бы предпочла, чтобы вы остались.

Розелина улыбнулась и покачала головой.

— Нет, это уже решено, — ответила она. — Я точно не передумаю. Но даю слово, что с вами это никак не связано.

— Ну хорошо, — согласилась Мириам. — Что ж поделаешь? Хотя мне очень жаль.