Миротворец - Иван Стрельцов

— Как мы узнаем наших людей? — неожиданно спросил Мункар.

Джафар не смог скрыть довольную улыбку. От внимания палестинца не ускользали даже мелкие детали.

— Когда приедете в Хорватию, на перрон в Загребе боевики выйдут с газетами «Косовар», а у тебя должен быть журнал «Лайф». Это знак, что вы руководители и они должны вам подчиняться беспрекословно. Еще есть вопросы?

— Нет, эфенди, — оба палестинца одновременно покачали головами.

— Тогда, юные отроки, вам доверено выполнить святую миссию, — все так же тихо произнес Мустафа Хаджи, твердо помня, что фанатики любят высокопарные слова. — Я буду всю оставшуюся жизнь гордиться тем, что был знаком с вами.

— Аллах акбар, — горячим шепотом ответили шахиды, одновременно поднимаясь со своих мест. Больше не говоря ни слова, потупив взоры, палестинцы быстро покинули зал ресторана.

Джафар взмахом руки подозвал к себе официанта и заказал еще кофе по-турецки. Потягивая из миниатюрной чашечки горячий и крепкий напиток, Мустафа Хаджи видел, как оба палестинца вошли в предпоследний вагон. Все складывалось как нельзя лучше, ему удалось захватить ракеты, и вскоре они будут доставлены туда, где грамотные специалисты-инженеры смогут их разобрать и досконально изучить для того, чтобы потом начать их массовое производство.

Сейчас главным было — выиграть время, которое работало не на него, Джафара, а на его врагов. Но бывший «зеленый берет» все рассчитал. Косовар Али Бекович выделил ему самых надежных боевиков из тех, кого он держал в «золотом запасе», не беря с собой в горы. Да и шахиды были подобны взведенным самонаводящимся минам, сработают, как только пробьет их час. «Дорого же неверным обойдется этот рейс», — он нисколько не сомневался, что скоро снова будет пролита кровь…

Издав короткий гудок, тепловоз сдвинул с места многотонный пассажирский состав. Поезд, набирая скорость, выполз за пределы вокзала.

Джафар, так и не допив кофе, встал из-за стола, бросил на стол несколько мятых банкнот и вышел из ресторана…

За окнами вагона мелькали горные пейзажи, похожие на яркие поздравительные открытки.

Накир, невысокий смуглолицый юноша с едва пробившимся темным пушком над верхней губой, открыл глаза и посмотрел на сидящего напротив товарища…

Пассажирский поезд уже пересек две границы, Хорватскую и Словенскую, впереди их ждала третья, Австрийская. Если первые две границы они пересекли спокойно, тамошним пограничникам было абсолютно все равно, что везут пассажиры, то на австрийской границе все будет по-другому.

Австрийские пограничники надежно прикрывали путь в Евросоюз, и без обстоятельного обыска там никак не обойтись. Впрочем, в планы палестинцев не входило ехать в глубь Западной Европы.

— До границы осталось два часа, — по-арабски произнес Накир. — Пора бы нам подготовиться.

— Конечно, — согласился с ним Мункар и добавил на правах старшего: — Иди и собери всех наших.

Больше не говоря ни слова, Накир поднялся с мягкого дивана и вышел из купе. Потом по неширокому коридору он прошел в соседний вагон, где томились в ожидании собравшиеся наемники-косовары.

Шахиды уже встречались с людьми Али, выделенными для проведения этой акции. Теперь следовало разыграть небольшой подготовительный спектакль для «великолепной семерки».

Поезд был заполнен лишь на треть, поэтому боевики, не опасаясь быть подслушанными, собрались в купе палестинцев.

Прежде чем приступить к разговору, Мункар внимательным взглядом своих темных глаз окинул вошедших. В отличие от них с Накиром боевики не были шахидами — воинами, готовыми умереть за веру и Аллаха. Боевики были высококлассными наемниками. Бывшие кадровые военные югославской армии, они использовали свою мусульманскую веру и албанское происхождение только как средство обогащения в межнациональном вооруженном конфликте. Узнай они правду об уготовленной им участи, сейчас же один за другим сиганули бы с поезда и растворились среди горных пейзажей. Но правду говорить им никто не собирался.

— Мне только что звонил Али, — палестинец небрежно кивнул на вагонный столик, где лежала массивная трубка спутникового телефона. — Нас кто-то предал, и на австрийской границе ждет засада.

Семеро боевиков начали переговариваться между собой, и в одно мгновение тесное помещение купе наполнилось гулом, напоминающим растревоженный пчелиный улей.

— Так что же нам делать? — спросил один из наемников, темнокожий широкоплечий дядька с лысым черепом и щегольской эспаньолкой, скрывающей нижнюю часть лица. — Остановить поезд и разбегаться кто куда?

Услышав эти слова, Мункар и Накир обменялись красноречивыми взглядами, все складывалось именно так, как они и предполагали.

— Ничего этого делать не надо, — мягко качнул головой Мункар. — Это было бы просто глупо, поодиночке нас переловить легче легкого. А когда мы вместе, да еще в поезде, где находится около полусотни заложников, мы сила. Причем всесокрушающая. Али приказал прорываться сквозь границу и следовать в Брюссель. Они разберутся с предателем, а потом помогут нам. План уже подготовлен. Вот таков приказ Али.

С последним доводом никто из наемников спорить не решился, уж слишком был велик авторитет Али среди боевиков. Тот никогда не бросал слов на ветер, и, если кто-то не исполнял его приказ или пытался его оспорить, Али карал самым жестоким образом. А затем выставлял обезображенные трупы для обозрения другим боевикам. В воспитательных целях такие шоу здорово помогали.

— Так что же делать? — без особого энтузиазма поинтересовался кто-то из косоваров.

— Для начала пора вооружиться, — ответил за Мункара Накир, чувствуя на себе тяжесть взглядов семи пар глаз.

Команда к действию была дана, и ее следовало исполнять. Боевики по одному вышли из купе в коридор и, посторонившись, дали палестинцам встать во главе их маленького отряда.

Шахиды сразу же направились в хвост состава, где находился почтово-багажный вагон.

Для удобства пассажиров вход в почтовый вагон был оборудован в конце вагона, что позволяло пассажирам в любое время при необходимости проверить багаж или достать из него необходимую вещь.

Приблизившись к двери почтово-багажного вагона, Мункар подал знак остальным, чтобы те остановились и случайно не попали на глаза кому-то из почтовиков. Потом нажал кнопку вызова. Через полминуты поднялись жалюзи на небольшом застекленном окошке, установленном в верхней части двери. На палестинца уставились водянистые глаза старшего почтовика.

— Что вам нужно? — вежливо поинтересовался почтовик.

— Мне нужно проверить свой багаж, — произнес Мункар заученную фразу, приложив к стеклу мятый листок багажной квитанции.

— Хорошо, — кивнул старший, открывая дверной замок. Едва дверь открылась, палестинец шагнул вперед и почти без замаха ударил почтовика согнутыми костяшками пальцев в горло. Пожилого мужчину отбросило к стене, он натужно захрипел и медленно сполз вниз.