Зови меня ястребом - Константин Щипачев

— Нет, Марк Антонович, ни в коем случае. Сейчас можете пользоваться моим; позже, если сильно прижмет, купите и оформите новую симкарту на чужую фамилию.

— Постараюсь. Вот, кстати, и красавец Ил-2 на постаменте. Прижимайся вправо, — приказал Суходольский водителю. — Так… подруливай к темной машине. Приехали…

«Мерседес» остановился в парочке метров от темного «Лексуса» с номерным знаком из трех девяток. Шеф бодро выбрался из салона; захлопнув дверцу. На прощание бросил:

— В восемнадцать ноль-ноль на этом же месте. Не опаздывать!..

— Поступим следующим образом, — по-прежнему сидя рядом с водителем «Мерседеса», планировал Сергеев, — первым делом прикупим машину и отпустим охрану моего давнего друга; потом займемся твоим внешним видом, подберем экипировку и… и обязательно пообедаем в ресторане с приличной кухней! А то наш шеф обожает экспромт в виде сухомятки. Вроде, едет себе спокойно, клюет носом на заднем сиденье… Вдруг просыпается и велит разворачиваться на сто восемьдесят. И все планы остаются в головных нейронах…

— «Рено», — заметил Яровой проплывающий слева огромный автосалон.

Вадим засмеялся.

— Бог с тобой, Костя! Ты еще «Логан» предложи купить!.. Французы производят классные вина, косметику, трусы с лифчиками, салаты из трюфелей… Все что угодно, только не машины! Лягушатники никогда не умели делать что-то серьезное. Все эти «рено», «пыжо», «ситро» штампуют коляски для европейских нищих, студентов и католических священников. Теперь к ним добавилась еще одна категория покупателей: российские садоводы предпенсионного возраста. Крепенькие и неприхотливые авто, но ни одна из моделей для настоящих дел не годится.

Почему и для каких «настоящих дел» не годятся французские автомобили, Константин решил поинтересоваться позже. А новое начальство меж тем развивало тему:

— На успех в стритрейсинге или на хорошей загородной трассе следует рассчитывать, если садишься за руль таких машин, как…

И следовало перечисление отнюдь немногочисленных автомобильных брендов с жутким количеством лошадей под капотом, с огромным крутящим моментом, с резвым разгоном до сотни и с прочими волнующими безбашенных гонщиков прибамбасами. Потом новичка посвящали в теорию городских гонок; в особенности психологи убегающих и догоняющих; раскрывали секреты приемов «тиски», «клевок», «поджопник». Иногда к разговору подключался управлявший «Мерседесом» парень: подсказывал, уточнял, подтверждал слова Сергеева…

Костя откровенно скучал и с грустью посматривал на футляр с акустической гитарой. Иногда на его лице явственно читалось разочарование наспех принятым решением ехать с этими странноватыми людьми. Взгляд словно говорил: «Ладно, ребята, познакомились, пообщались и будет. Погорячился я — неужели не понятно? Полуголая девка, драка, менты, погоня… разве ж можно под воздействием этакого коктейля принять умное, взвешенное решение? Нет, конечно. А потому отпустите меня с Богом, а?..»

Однако ж ничего подобного вслух он не произносил, а на вопрос начальника «все ли понятно?», неизменно качал головушкой и отрешенно шептал:

— Все ясно, как дорога в тумане. А главное — ничего не забудешь…

Вот и вспоминал с тоской об инструменте, о музыке, о струнном квинтете, покуда Сергеев сам не переключился на дорогу и не приказал шоферу завернуть на стоянку возле современного здания с четырьмя кольцами на фасаде. Поблагодарив двух водителей и охрану из неотступно следовавшей сзади второй машины, Вадим отпустил их. А, дождавшись, когда машины исчезнут в потоке транспорта, обернулся к Яровому, хитро прищурился и раскрыл объятия:

— Ну, здорово, чертяка!

— Значит, узнал? — заулыбался Яровой.

— Сам-то как считаешь?!

— Надеялся, что узнал. Просто вида при начальстве не показывал.

— Так и есть. Старая привычка не выдавать эмоции на людях, — потряхивая молодого человека за плечи Сергеев. — И все-таки изменился, Костя, изменился! Патлы отрастил, в одежку странную приоделся, в музыку вдарился. Ну и возмужал, заматерел, что ли…

— Ты тоже, Вадим, не помолодел.

— Сколько же лет мы не виделись?

— Лет пять-шесть. Или около этого.

Полковник подтолкнул старого боевого товарища в сторону салона:

— Слушай, мы с тобой тогда все пешком по горам шарахались. А на приличных аппаратах тебе ездить доводилось?

— А то! — перехватил тот поудобней футляр.

— Да? И на каких же?..

— БТР-80, БМД — с «двойки» по «четверку», БМП-3, БМРД — штабной вариант, немного на Т-80…

— Стоп-стоп-стоп, — вскинул ладони Сергеев, — дальше не надо — я не ту имел в виду технику.

— А какую?

— Которая полегче, покомфортабельнее и без гусениц.

— УАЗ подойдет?

— Уже теплее. Водительское удостоверение с категорией «B» есть?

— Имеется.

— Отлично. А с правилами дорожного движения хоть немного знаком?

— Чего с ними знакомиться! На наших дорогах все знаки предупреждающие. Из запрещающих знаю один — полосатый бетонный блок.

— Думаю, этого достаточно. За такой ответ любой инспектор обязан поставить минимум «тройку». Заходи, — пропустил он вперед Константина и на всякий случай напомнил: — Держись в салоне посвободнее, поуверенней — будто намерен скупить здесь все.

— Вместе с той грудастой тёлкой, что считает бабло на кассе?

Наставник довольно хмыкнул:

— И с ней, и с продавцами-консультантами, и с мебелью!

* * *

Координацией и управлением широкомасштабной контртеррористической операцией в Чечне занималось руководство ФСБ. Ничего странного: фээсбэшники оставались единственными, кто сумел в эпоху всеобщего развала сохранить в своих рядах подобие порядка. К тому же с этой всесильной организации не снимались главные задачи по разведывательной и контрразведывательной деятельности. Потому офицеры спецназа особенно не рыпались, когда к отправлявшимся в горы группам «пристегивали» сотрудников из «конторы» для выполнения каких-то собственных особо-секретных заданий. Не рыпался и Яровой, собираясь в очередной «поход».

С «пристяжными» наскоро познакомились перед посадкой в «вертушку». Позже, пока топали до цели от точки выброски, узнали друг друга лучше. Мужички попались нормальные: свойские, непривередливые; принадлежностью к «конторе» не кичились, к работягам-спецам относились уважительно. Одним словом, общий язык нашли быстро.

Майорам Сергееву и Ковачу надлежало встретиться с каким-то человеком на российско-грузинской границе. В прочие тонкости спецназовцев командование не посветило, поставив задачу сопроводить и обеспечить безопасность встречи.

Вертолет выбросил группу километрах в двадцати от границы. За двенадцать часов без приключений преодолели высокий перевал, и вышли к пограничной заставе.