Хоть весь мир против нас - Сергей Зверев

— Продаем новейшие образцы? — не удержался от ехидной реплики Савченко.

Капитан первого ранга строго взглянул на него исподлобья и утвердительно кивнул:

— Да, старье можно отдавать бесплатно, а тот, кто платит, за свои деньги хочет получить новейшее и соответственно лучшее. А торговля оружием — это не только бизнес, но и большая политика, позволяющая при правильном подходе перекраивать карту мира. Поэтому на вершине оружейного мира и суетятся все ведущие страны, и мы не имеем права от них отставать. Надеюсь, объяснил все доходчиво?

— Так точно.

— В таком случае от общего переходим к деталям. — Антипов для значимости сделал длинную театральную паузу, выдохнул и заговорил: — С учетом всего только что сказанного есть вероятность диверсионной атаки против корвета «Забияка», задача вашей группы этого не допустить.

— Когда вылетаем? — только и спросил Савченко, ведь суть задания он уже ухватил. Но оказалось, что это не совсем так.

— Вылетаем уже завтра, в Москву. Там получите гражданскую одежду, документы, инструкции. В Крым летите по отдельности, в Севастополе селитесь в разных гостиницах, у вас будет три дня, чтобы адаптироваться к местному климату и отдохнуть. Потом так же по отдельности направляетесь на базу Черноморского флота, а уже оттуда непосредственно на корабль. Таким образом, мы не будем привлекать ненужное внимание к ротации противодиверсионных сил на «Забияке».

— А как же будет доставлено вооружение и экипировка? — за Виктора задал вопрос матерый диверсант Волин.

— Об этом беспокоиться не стоит. Арсенал ПДСС[2]корвета укомплектован, как говорится, по полной программе. Да и у бойцов будет время все опробовать, подогнать под себя.

— Ясно и понятно. — Савченко уже привык, что за режимом секретности часто забывают об остальном.

— Это еще не все, — жестом остановил его каперанг. — На время учений ваша группа переходит из состава частей береговой обороны в состав военно-морского флота, так что с этих пор вы, Виктор Сергеевич, не капитан, а капитан-лейтенант.

— Зачем это надо? — в унисон поинтересовались моряки.

Антипов смерил их тяжелым взглядом:

— Поясняю. На «Забияке» находится оперативная группа военной контрразведки под командованием подполковника Юсупова. Их задача — сохранение секретности новых ракет, и, чтобы контрики не сели на голову, объявив себя «руководящей и направляющей», и давили погонами, было принято такое решение. Вы, капитан-лейтенант, и ваши люди работаете абсолютно автономно. Теперь все ясно?

— Так точно. — Поняв, что разговор закончен, Савченко вытянулся во весь рост.

— Ну, как говорится, с богом…

Вспыхнувшее табло над кабиной пилотов вернуло Виктора к действительности, самолет заходил на посадку.

От перепада давления слегка заложило уши, а из иллюминатора открылся вид на строения раскинувшегося внизу Симферополя — с высоты птичьего полета город не блистал многообразием красок.

Наконец ветеран гражданской авиации «Ту-154» плавно коснулся шасси бетона посадочной полосы и покатил по земной твердыне, постепенно гася скорость.

— Не развалились, и то хорошо, — прогудел сидящий рядом со Стрелком немолодой, дородный мужчина с потным красным лицом, едва лайнер свернул на рулежке и замер перед зданием аэровокзала. В салоне появилась улыбающаяся стюардесса и хорошо поставленным голосом дежурно попрощалась с пассажирами.

К самолету подкатил автотрап, и к открывшейся двери в нетерпении выстроилась пестрая очередь. Савченко поднялся с кресла и профессиональным взглядом окинул салон «тушки» — этим рейсом летели еще четверо из двенадцати его подчиненных, каждый по отдельности. Все были трезвыми и вели себя вполне естественно, а Мартын, штатный радист группы, о чем-то оживленно переговаривался с двумя ярко накрашенными девицами. Типичный столичный гуляка-мажор, прилетевший на «юга», дабы разнообразить заунывные праздники жизни.

Крым встретил гостей с севера теплым ветерком и нежными лучами солнца, зависшего в зените. Бабье лето здесь было в самом разгаре.

Пограничный контроль прилетевшие проходили довольно быстро, без проволочек. Молодой, но уже отяжелевший от сидячей работы прапорщик молча, без лишних слов и вопросов пропускал женщин и пожилых, задерживая свое внимание на мужчинах призывного возраста.

— Цель визита? — привычно поинтересовался пограничник, когда очередь дошла до Савченко, и, не дождавшись ответа, подсказал: — Бизнес, туризм?

— Посещение могил предков к чему относится? Здесь похоронена моя бабушка, мать отца, — глядя в упор на погранца, ответил Виктор.

— Не слишком ли дерзко для прибывшего в другое государство?

— Давно стали другим государством? — вопросом на вопрос парировал Савченко — взгляды двух мужчин перекрестились, как два клинка. Первым отвел глаза пограничник, делая вид, что разглядывает паспорт дерзкого «москаля». Едва тот, получив на руки документ, направился к выходу, пограничник поспешно черкнул его данные на листке бумаги…

Со смотровой площадки Сапун-горы открывался захватывающий дух вид на севастопольские бухты, где замерли, как дисциплинированные солдаты в строю, серые громады боевых кораблей под бело-голубыми Андреевскими флагами.

Последние десять-пятнадцать лет все мало-мальски значимые СМИ не по одному разу муссировали тему политического состава ЧФ и возраста его кораблей, неоднократно приводились сравнительные таблицы с флагами оппонентов из НАТО, базирующихся на Черном море, где чисто математически доказывалось, что в случае военного конфликта Россию неминуемо ждет очередная Цусима.

Все это хорошо знал мужчина, замерший на краю смотровой площадки перед мольбертом. Но ему также было известно и другое: суммарный ракетный залп кораблей Краснознаменного Черноморского флота запросто нанесет любому из противостоящих флотов безвозвратные потери, сбив его с шахматной доски большой политики как фигуру. А если вернуть хотя бы часть ядерного оружия, то и вовсе, как говорится, торг будет неуместен. Вот поэтому Роберт Лонгвэй уже второй десяток лет проживал в Севастополе. Крымский бомонд знал его как удачливого художника-мариниста, охотно раскупающегося на Западе. Переносить на полотно морские пейзажи и боевые корабли бывшему выпускнику Сорбонны было несложно, к тому же все «шедевры», вышедшие из-под кисти Лонгвэя, тут же покупала «фирма», на которую он трудился добрых два десятка лет. В секретном досье «фирмы» разведчик значился под оперативным псевдонимом Доктор Фауст, хотя на самом деле предпочитал, чтобы его величали коротко и ясно — Доктор. За время, прожитое в этом благословенном краю, он обзавелся весьма обширными связями, причем не только среди ценителей прекрасного, но и среди других слоев населения, помощь которых так необходима в шпионском ремесле. Большие и, главное, свободные финансы эту работу значительно упрощали.