На острие победы - Сергей Коротков

Пока старшина Васюков болезненно тыкал кулаком пленным в жизненно важные органы, а Лиза переводила на немецкий его горячие страстные фразеологизмы, лейтенант развернул карту и еще раз стал изучать топографию местности. Если не ошибалась бумага, то через триста метров нужно было свернуть вправо и уйти в пойму реки, обогнуть поселок и двинуть на восток. С одной стороны, трофейные колеса позволяли уехать далеко и спокойно миновать посты, с другой – быстро сработавшая связь немцев даст наводку всем патрулям о таком-то броневике, захваченном диверсантами. И начнется охота на заметную технику.

– Тогда будем гнать, пока не вычислят. Потом пешкодралом в лес, – вслух произнес мысль Неупокоев и поймал двусмысленный взгляд радистки.

– Что, Лизок?

– Ни… ничего, товарищ лейтенант.

– Что там наши гаврики?

– Офицер молчит или ругается. Штатский чего-то бурчит, какие-то молитвы и фразы о своей непричастности к СС.

– Ну, ясен перец, молчат! Васюков? Давай с ними пожестче. Нельзя им расслабляться. Если бы не трясучка и спешный уход, окучили бы сразу. Нужно выбраться из огневой зоны и затихнуть где-то в лесистой пойме. Там и река, и море «зеленки», и есть где развернуться. Шишкин, сейчас на просеке уходи вправо, в низину. Слышишь?

– Так точно, командир.

– Все, ухо и глаз востро. Лиза, накрой Захарченко чем-нибудь. Сержант, бди округу, пулемет в норме?

– Рабочий, – отозвался вцепившийся в железо станкового пулемета Машков.

– Как ты? Рука что?

– Заживает как на собаке, командир!

– Свистни нашим впереди, чтоб не промазали мимо свертка.

– Есть.

Мотоцикл, а за ним и броневик выехали на просеку, тянувшуюся с юга на север, и медленно поползли по ней в ложбинку, поросшую осинами и ольхой. Где-то далеко на востоке в небо взвилась красная ракета, потом еще одна. Это, по всей видимости, немцы обнаружили место разбитого конвоя и сообщали патрулям об опасности.

Разведчики на трофейном транспорте углубились в лес и вскоре исчезли в кустарнике, а за ними осел и дым от выхлопов. Солнце неохотно покинуло небосвод и все-таки спряталось за кромкой соснового бора на западе. Сумерки стали сгущаться, заволакивая тьмой местные леса и поля. Один день у смерти был выигран…

* * *

Радиограмма агенту «Йод» московского отдела Абвера от связного «Лис» Отдела II Абвера, июнь 1943 г.:

«Срочно активизировать дезинформацию руководства вашего Управления по строительству плацдармов в Восточной и Западной Пруссии, Померании, Лотарингии и Силезии, периодически выдавать ложные координаты секретных объектов и бункеров высшего командования РСХА, принять прямое участие в искажении данных по строительству в районе Гриндебург аэродрома подскока сверхдальних бомбардировщиков союзников, фальшивой Ставки фюрера в Беблингене и двух замаскированных морских баз в Пиллау-3. Для чего подключить агентов «Транка», «Петра» и «Эльзу». Агентом «Петр» разрешается пожертвовать для придания правдоподобности операции. Материалы и деньги получите в секторе «Z», схрон 2, после четверга. Следующий сеанс связи через один».

Радиограмма связному «Лис» Отдела II Абвера от агента «Йод» московского отдела Абвера, 10 июня 1943 г.:

«Дезинформация руководства 4-го Управления проведена успешно. Ложные координаты объекта «R» внедрены в оперативные доклады 2-го спецотдела. Все РДГ Судоплатова и 4 маршагента из РНГ на связь с Центром не выходят. Надеюсь, что вы взяли их. Пригодились агенты «Петр» и «Эльза». Следующий сеанс связи через один».