Ралли должно продолжаться - Сергей Зверев

Помещение в крепостной башне, в котором содержали российских пленников, не было ни тесным, ни тем более сырым. Благодаря его толстым стенам, сложенным из каменных плит в незапамятные времена, ночью в нем не было холодно, а днем – жарко. Неудобством здесь были только маленькие, забранные решетками окна, через которые даже в ясный солнечный день проникало совсем немного света. Но и через них можно было видеть маленький участок территории снаружи крепости – пару глинобитных лачуг и тандырную печь, в которой изо дня в день пеклись лепешки. Именно такие лепешки, литровая пластиковая бутылка воды на каждого, а также консервы и составляли ежедневный рацион похищенных российских гонщиков. По утрам сюда доносился шум восточного базара, а в течение всего дня – выкрики играющих где-то неподалеку в футбол местных мальчишек. Несколько раз за все время заключения гонщики видели и самих мальчишек, прибегавших подобрать улетевший под стены крепости футбольный мяч.

Ситуация была не из приятных, и сидение в башне положительных эмоций никак не приносило.

– Вот сидим мы в этой «султанской тюрьме», а за что или почему – непонятно, – обратился пилот Сергеев к лежащему на матрасе штурману Павлу Чернову. – Я вообще не понимаю, что мы здесь делаем? Нет, ну были бы мы военнослужащими какого-нибудь ограниченного контингента или, скажем, миротворцами – тогда еще понятно. Но ведь мы гонщики, мирные люди. К тому же страна получает от ралли неплохие деньги, и сама заинтересована в этом мероприятии…

– Тут думай не думай, спрашивай не спрашивай, а все равно никто тебе не ответит, – вздохнул Чернов. – Ты что – думаешь, я больше тебя знаю? Пока те, кто нас похитил, не решат, что пришло время, мы будем сидеть здесь.

Кроме них, в камере было еще трое узников. Двое стояли у окошек, созерцая давно надоевший пейзаж, еще один, – штурман Иван Петров, по-видимому, спал, лежа на своем матрасе в углу. Не хватало только пилота Сафарова, который с некоторых пор пользовался здесь большей свободой, чем его товарищи по плену.

– Наверное, они за нас выкуп потребовали, – продолжил пилот.

Несмотря на слова Чернова, Сергеев, уставший от вынужденного безделья, не переставал ломать голову над сложившимся положением.

– Ну, и какой же, как ты думаешь? – спросил штурман его машины.

– Миллион, наверное. Или два. За каждого, – присоединился к беседе Василий Дрогов, которого остальные уважительно называли Степанычем. – Мы же тут собрались все очень ценные люди. Страна без нас обойтись никак не сможет. Я вообще, ребята, думаю, что за нас заплатят какие угодно деньги, чтобы только вызволить из темницы.

Степаныч всегда считался остряком, и, несмотря на теперешнее тяжелое положение, он не удержался и на этот раз.

– Ты вот шутишь, Степаныч, а я думаю – они какие-то политические требования заявили или еще заявят. Здесь дело не только в деньгах. Я уверен, что в нашем случае без политики не обошлось. Они ведь исламисты! – Самый молодой член команды механик Олег Карасев по всем вопросам имел собственное мнение.

– Ты уверен, что они – исламисты? – Сергеев повернулся в сторону рыжеволосого Олега. – А я вот так не считаю.

– Ну почему же «не считаешь»? – иронически ухмыльнулся Карасев. – Откуда это у тебя такая уверенность?

– Потому, что я встречался с настоящими исламистами. Непохожи что-то эти «бойцы» на исламистов.

– И на кого они, по-твоему, похожи? – не успокаивался рыжеволосый, тряся своей длинной шевелюрой.

– Больше всего – на средиземноморских пиратов, – ответил Игорь Сергеев.

– Ага, так ты и у пиратов успел побывать?

– Побывать не побывал, а вот повидаться с ними пришлось. Кое-что я в жизни видел, – невозмутимо парировал Сергеев.

Игорь действительно на своем веку повидал многое, о чем рыжий имел самое смутное представление.

– Вообще-то ты прав, Игорь, – сказал Чернов. – Мне даже кажется, что не все из них – арабы и мусульмане.

– Ну, да! А кто же они, по-вашему – эскимосы, что ли? – снова недоверчиво протянул молодой механик. – Может, вы еще слышали, чтобы они между собой не по-арабски разговаривали?

– Я же зря говорить не буду. Говорят они по-арабски и немного по-французски. Но английский язык тоже кое-кто из них знает.

– Одного европейца среди них я точно видел! – Штурман Иван Петров, который до этого, казалось, спал в углу, теперь повернулся лицом к товарищам.

– Ну и где ты его видел? Когда тебя на прогулку водили? – скептически спросил его Карасев.

– Нет. Еще раньше. Когда нас на верблюдов грузили.