«Каскад» начинает прорыв - Игорь Срибный

23 февраля 2000 года. Около полудня.

Урочище Малый Харсеной

За два дня отряд Шапи Гусейнова понес жестокие потери. Восемнадцать человек убитых и раненых. Пятеро пропали без вести в лесных стычках с федералами. Раненых успели отправить на лошадях в селение до наступления русских, и это хоть немного развязало руки боевикам. Но связи с другими отрядами и группами не было, потому что батареи раций были разряжены и Шапи не знал общую обстановку в рядах моджахедов. Ясно было одно: из охотников они превратились в дичь…

Утром Шапи хотел провести отряд через верхнее плато, но вернувшиеся оттуда разведчики сообщили, что на плато высажен десант и «гоблины» уже возводят там укрепления. Был еще один вариант уйти с горы, но Шапи до последнего хотел скрыть этот путь от остальных, потому что к отряду прибилось шестеро моджахедов из других, разгромленных групп, да еще арабы-минометчики. Этим путем пользовались только боевики его отряда, и он не хотел, чтоб он стал общим достоянием, поскольку тогда о нем непременно узнают и федералы.

Выхода не было. Шапи сидел на поваленном дереве, задумавшись. К нему подошел Абдельджаффар и сел рядом.

– Ну, шта, амир Шапи? Завэла людэй в лавушька? Да? – Араб внимательно смотрел на Шапи маслинами темно-лиловых глаз.

– Нет! – твердо ответил Гусейнов. – Есть выход с горы, но с нами чужие люди. Боюсь, что они разнесут весть об этом пути среди других отрядов, и тогда…

– Ты шта несошь своим паганым ротом? – вдруг окрысился араб. – С какой пор моджахеды стал тибэ чужой люди?! Если ест пут, которий может выводить в тыл кафиров, его нада исползоват! А ты шта, стал его владэльца? Ты адын? Да?!

– Я совсем не это имел в виду, а то…

– Ти сапсэм патирался, да? – снова перебил его Абдельджаффар. Его глаза бешено сверкали. – Ти ишо што-то в виду имеишь?! Твой задач – вивесты моджахеддинов из-под удара кафиров! А ти сидышь тут, в виду имеишь… Вставай, амир! Хыватит сидэт! Веди атряд!

Шапи тяжело поднялся, упираясь руками в колени – как же все-таки он устал, – и подозвал к себе разведчиков.

– Мы начинаем движение к ущелью, – сказал он. – Пробегитесь до спуска, посмотрите, что там. Если все тихо, закрепитесь и ждите нас на месте. Если заметите что-то подозрительное, двое остаются наблюдать, а одного отправите ко мне с донесением.

Разведчики исчезли в зарослях боярышника, а Шапи поднял отряд. Посмотрев на моджахедов, Гусейнов вдруг понял, что зря гневался на араба: люди были измотаны до предела, и их нужно было выводить немедленно. Какая уж тут тайная тропа, если сейчас отряд можно брать голыми руками. Он ничего не сказал, только махнул рукой в направлении движения и пошел первым. За ним, как тени, двинулись боевики…

Посыльного от разведчиков не было, и Гусейнов понял, что, слава Аллаху, кафиры не нашли ущелье.

За два часа добрались до горловины ущелья, скрытой от глаз плотной стеной зарослей ежевики и шиповника. Здесь Шапи остановил отряд.

– Для тех, кто не ходил через ущелье! Собственно, это даже не ущелье, а щель, трещина. Здесь узкое место, и идти придется боком, прижимаясь к скалам. Поэтому рюкзаки и разгрузки снять – и нести в руках. Метров через сто ущелье станет шире, и тогда можно будет идти спокойно.

Моджахеды сняли рюкзаки и разгрузки и пошли вслед за Шапи. Он раздвинул кусты и, пригнувшись, шагнул в проход, больше похожий на нору. Ущелье предваряла небольшая площадка, где ожидали прихода отряда разведчики.

Старший из них, Саид, поднялся с рюкзака, на котором сидел, и закинул автомат на плечо.

– Все тихо, амир! Мы прошли до «чистых камней». Никаких следов пребывания человека не обнаружили.

– Бисмилляхи! (С богом!) Идите вперед! – сказал амир.

Разведчики взяли в руки рюкзаки, оружие и разгрузки и втиснулись в узкое пространство прохода. За ними потянулись остальные.

С трудом протиснувшись сквозь щель, моджахеды вышли к небольшому ручью. Здесь щель расширялась, и можно было идти ровно. Это место боевики отряда Гусейнова и называли «чистыми камнями».

Отдохнув и надев снаряжение, отряд двинулся дальше. Разведчики шли метров на пятьдесят впереди отряда, внимательно разглядывая камни под ногами.

В ущелье было сыро и сумеречно, поскольку растущие поверху кусты, сплетаясь ветвями, практически полностью скрывали его: поэтому федералы до сих пор ничего не обнаружили, хотя делали облеты каждый день.

– Карошь тропа! – догнав амира, заметил Абдельджаффар. – Можьно тыха вихадыть кафирам в тыл, дэлат дивэрсий и тыха ухадыт! Зачэм скриваль такой тропа?