Атомный поезд - Данил Корецкий

— Лодыжки? Гм… Да, очень красиво…

Александр не мог определить: то ли босоножки украшают Оксанины ступни, то ли наоборот.

— Наверное, дорогие?

Оксана пожала плечами.

— Не мой вопрос, милый!

Кудасов почесал затылок. Раньше в её лексиконе такого оборота не было.

— Давай поужинаем вместе с родителями, — предложил он. — Есть хороший лещ, молодой картошки отварим, зелень… Я за пивом сбегаю.

Девушка достала из сумочки щётку, расчесала густые волосы.

— Не сегодня. У меня в шесть консультация.

— Какая консультация?

— Обыкновенная. По психологии. Не забывай, я ведь тоже сдаю госэкзамены.

— Так поздно? Почему?

— Опять вопрос не ко мне. Не я ведь составляю расписание.

— А пропустить её нельзя?

— Кого?

— Консультацию.

Девушка отрицательно помотала головой.

— Ты поссорился с преподавателями, потому что не следовал советам Карнеги. Наоборот, я приду, сяду в первом ряду, буду есть нашего профессора глазами, задам какой-нибудь вопрос, который поможет ему продемонстрировать свою мудрость. И тогда ещё одна цель будет достигнута. Причём без всяких затрат.

Оксана встала и направилась к двери, но остановилась на полпути и рассмеялась.

— Ой, я совсем забыла! Отдай мои трусики!

— Ах да, — Кудасов вынул из кармана крохотный матерчатый треугольничек с двумя витыми золотистыми шнурками.

Зрелище одевающейся Оксаны стало последним замечательным аккордом сегодняшнего дня. Как только дверь захлопнулась и он остался один в полутёмной квартире, сразу навалилась тоска.

Включив везде свет, Саша тремя шагами пересёк тесное пространство старенькой квартирки хрущёвского типа и зашёл в свою комнатушку. Вдавил кнопку воспроизведения магнитофона, притулившегося на подоконнике, и атмосферу грусти приятно разбавил мелодичный голос Джо Дассена. Он плюхнулся на диван, блаженно вытянул ноги, а обе руки заложил под голову. В такой расслабленной позе он часто думал о жизни и своём месте в ней.

Без Оксаны он чувствовал себя опустошённым. То, что произошло несколько минут назад, размягчало его душу и поддерживало уверенность в себе, но этого было недостаточно. Он хотел видеть её каждую минуту, наблюдать украдкой, как она приводит себя в порядок перед зеркалом, как листает конспекты, как готовит что-то на кухне… Интересно, а она умеет готовить? Впрочем, какая разница, не в пище дело!

Однако, вопреки этой мысли, он ощутил голод. Пицца уже переварилась — молодой организм требует много энергии, особенно при физических упражнениях.

Он прошёл на кухню, помыл картошку и прямо в кожуре поставил варить. Достал из холодильника завёрнутого в газету леща, порезал крупными кусками, распорол каждый снизу, чтоб легче чистить.

За этим занятием его и застали родители, которые деликатно задержались на добрые полтора часа.

— Прекрасно погуляли, — Татьяна Федоровна с улыбкой поцеловала сына в щёку. — Отличная погода. И фильм хороший. Просто замечательно.

Мама всегда отличалась оптимизмом и всегда пребывала в хорошем настроении.

— О, ты хозяйничаешь? — приятно удивилась она и, заглянув в кастрюлю, укоризненно покачала головой: — Надо было почистить!

— Ничего, сойдёт и так, — поддержал его отец. — На нашу долю положил?

— Конечно. Может, за пивом сбегать?

— Я не хочу. Да и тебе зачем? Сейчас всю страну спаивают пивом, в первую очередь молодёжь, сам подумай, к чему это приведёт?

Олег Иванович относился к редкой и стремительно вымирающей категории правильных людей. Если бы ему предложили совершенно безнаказанно украсть миллион, он бы никогда этого не сделал. Не только потому, что не верил в безнаказанность и многочисленные её примеры считал нетипичными отступлениями от нормы, сколько потому, что любая кража ему была глубоко противна.

— А к чему приведёт? — Саша чуть заметно улыбнулся.

— Привычка к выпивке, снижение самоконтроля, пивной алкоголизм, — вот к чему! Если целенаправленно приучать молодых людей к алкоголю, при этом не считая его алкоголем…

— Кстати, пиво — безалкогольный продукт…

— Да? — отец задиристо выставил перед собой указательный палец. — Что же выходит: выпил бутылку безалкогольного напитка и опьянел? За руль уже сесть нельзя! А после пяти бутылок и в вытрезвитель могут забрать! Как же это получилось с безалкогольного продукта? А? От кваса такое произойти может? А от пепси-колы? А от кефира? Нет! То-то и оно! И вообще, посмотри, во что город превратился! На каждом шагу пивнушки, везде музыка и веселье! Рестораны, казино, игровые автоматы, дискотеки… А работать когда? На что нацеливают подрастающее поколение: на работу или на отдых? На отдых! Но нужны деньги. А где их взять? Включай телевизор и тебя научат: надо кого-нибудь убить, ограбить, похитить или открыть притон с проститутками!

— Успокойся, Олег, а то опять сердце заболит, — вмешалась Татьяна Федоровна, и отец, махнув рукой, замолчал.

Вскоре на столе дымилась картошка, серебрились куски леща, розовеющие жирным мясом на срезе, аппетитно желтело масло, помидоры, редис и петрушка завершали натюрморт. Не хватало только одного…

— Мам, порежь лука! — попросил Саша.

Теперь картина была законченной. Татьяна Федоровна за стол не села, а мужчины привычно разрывали руками кусочки рыбы и выедали солёную мякоть прямо со шкуры, заедая типично донское лакомство картошкой и зеленью. Соль вяленого леща требовала уравновесить себя нейтральным вкусом, а рассыпчатая и вроде бы пресная плоть картофеля просила добавки из овощей. Летний тиходонский стол всегда приятно удивлял гостей города.

— А где Оксана? Она что, не заходила? — спросил отец. Саша обкатал вопрос со всех сторон: слова, тон, интонация… Нет, никакого двойного смысла в нём не было.

— Заходила ненадолго. У неё дела в институте. Она же тоже заканчивает, скоро будет работать в школе.

Татьяна Федоровна, поставив чай, проявила интерес к разговору.

— Так что вы надумали? Уже пора нам со сватами знакомиться…

Саша помолчал.

— Сказала, что в тайгу не поедет.

— Прям так и сказала? — отец не донёс до рта редиску.

— Прям так. Только в городе хочет. В Москве или Тиходонске. А меня, скорей всего, в лес и зашлют. Не знаю, что у нас получится…

— То-то я смотрю, ты вроде не в своей тарелке, — Татьяна Федоровна прислонилась к широкой спине сына тёплым животом. — Не бери в голову. Если любит — поедет. А если не любит… Тогда и жалеть не о чём! Это мы с отцом скучать будем, если в лес… Нас же с тобой не пустят!

— Подожди, почему тебя должны в лес засылать? — возмутился отец. — У тебя по всем спецпредметам «пятёрки»! Ты один из лучших учеников на курсе! Мне это подполковник Волков не раз говорил!