Антикиллер - Данил Корецкий

– Кого на пол? Меня?! – Абдуллаев медленно поднимался с кресла. – Я твою маму делал!

Оскорблять сотрудника спецотряда во время задержания, когда попытка сопротивления позволяет стрелять, не следует. Потому что «попытка сопротивления» может быть истолкована очень широко.

«Пх-пх-пх!»

Короткая очередь прошила Эльхана наискось – от правого бедра к левому плечу. Он явно не ожидал такого исхода. Привычка к контактам с обычной милицией и возможность безнаказанно куражиться над ее сотрудниками на этот раз обернулась против самого авторитета. Схватившись за расползающиеся по рубашке красные пятна, он удивленно вытаращил глаза, но отмеренное Аллахом время жизни истекло, и то, что миг назад являлось могущественным Эльханом Абдуллаевыч, бесформенным кулем повалилось на дорогой ковер.

– Лечь, я сказал! – крикнул автоматчик, и Геворкян поспешно выполнил команду.

Через несколько минут в комнату вошел «Седой».

– Здорово, Ашот! – буднично поздоровался он, пристально глядя в землистое лицо. – Говори: кто, где, как...

– Занимается Керим Гуссейнов, у него своя группа. Они уже ушли... Ашот косил глазом на труп соратника и время от времени икал.

– Ты лично сколько человек убил? – неожиданно спросил «Седой».

– Мало. Тринадцать. Или пятнадцать...

– Тогда не дрожал?

Авторитет молчал.

– Еще что скажешь?

– Больше ничего не знаю...

– Проверим, – «Седой» сделал знак стоящему сзади человеку. – Два кубика скополамина.

Но и под действием «сыворотки правды» Ашот повторил то, что сказал ранее.

– Ладно, уходим, – приказал «Седой».

Автоматчик замешкался.

– А с этим что?

– Что положено за тринадцать убийств? – задал встречный вопрос командир и вышел.

«Пх-пх-пх!» – донеслось из номера.

Мощный грузовик протиснулся через бурлящую толпу и выехал в те же ворота. Операция заняла пятнадцать минут. Теневой контролер лежал в прежней позе, прохожие не обращали на тело никакого внимания: у каждого свои проблемы. Напарник убежал, оставив ворота без присмотра. Он хорошо знал: если начинается крутая разборка, лучше находиться в безопасном месте.

– Если бы не коржовские идиоты, мы бы обезвредили всех, – с досадой сказал «Седой». – А сейчас где их найдешь?"

* * *

Керим подъехал к «Южной» ровно в одиннадцать, как и договаривались с Мастером. Свистун встретил у входа.

– Помочь? – Он с усмешкой кивнул на увесистый чемоданчик.

– Донесу, друг, – добродушно улыбнулся Керим.

– Хозяин переехал в другой номер, у него туалет засорялся, – сказал Свистун, подводя азербайджанца к триста двенадцатой комнате.

Мастер сидел за столом, просматривая газету.

– Здравствуй, дорогой!

– Добрый день, дружище!

Они сердечно приветствовали друг друга, точно зная, что второй не доживет до сегодняшнего вечера.

– Давай проверим, – Мастер кивнул, и Свистун запер дверь.

Керим положил на кровать объемистый кейс с цифровым шифром и тревожной сигнализацией, повозившись, открыл.

– Проверяй дорогой!

Мастер наугад повыбирал несколько пачек, чиркнул по каждой толстым карандашом-маркером. Желтая линия свидетельствовала о том, что банкноты настоящие.

Керим внимательно наблюдал. В сорока метрах от гостиницы сидят в джипе верные люди. Пятеро. И каждый стоит трех. После операции, чем бы она ни закончилась, и Мастер, и его приятели-телохранители умрут. А он с мощным прикрытием беспрепятственно доберется до цели.

В шестистах километрах Чечня – там никакие законы не действуют. Кроме одного – закона силы. Но сила у них есть, к тому же единоверцев чечены не трогают. Потом Дагестан, они тоже не очень любят центральную власть, затем – родные края. Конечно, у Абдуллаева длинные руки, но Керим не станет сидеть в республике: махнет через иранскую границу – и ищи-свищи! В мире много мест, где можно хорошо устроиться, имея миллион долларов.

Внезапно Керим покрылся липким потом. В последнее время его часто мучил страх и дурные предчувствия. Но сейчас он понял, что непоправимое уже происходит.

На улице к красному джипу с двух сторон подошли люди в масках из черных чулок. Синхронным движением извлекли пистолеты – размером с ПМ, но непривычной формы. Специалист опознал бы модель ПСС – пистолет самозарядный специальный. Эффект в нем достигается за счет специального патрона, бесшумного и очень мощного.

«Пх-пх...»

Мозги водителя вылетели на лобовое стекло, сидящего рядом с силой бросило лицом на панель.

«Пх-пх – пх...» Трое на заднем сиденье дернулись и раскинулись в позах смерти.

Рассмотрев, что происходит, истошно закричала какая-то женщина. Посланцы Геворкяна спокойно вернулись к недавно угнанной «тройке» и

без особой спешки укатили. Сделав круг, они бросили автомобиль и пересели в неприметную серую «волгу», где их поджидали два товарища.

– Все в порядке?

– Даже не пикнули!

Сидящий за рулем одноглазый бородач громко высморкался и тронул с места.

– Интересно, что в чемодане...

– Ашот запретил открывать.

– Мало ли что он запретил! Если там опий или морфин, то мы можем по-своему решить!

– Ладно, посмотрим... «Волга» остановилась так, чтобы был виден вход в «Южную».

– Порядок! – Мастер закрыл чемодан.

Керим не успел ничего сказать: в тот же миг Свистун ударил его в висок, и толстяк потерял сознание.

Мастер извлек из кармана ампулу с морфием, отломил горлышко платком, набрал шприц, но не выпустил воздух, как обычно.

– Давай жгут!

Вогнав наркотик вместе с воздухом в вену, Мастер обыскал Керима. Пистолет он забирать не стал и деньги оставил, а вот поддельный паспорт вытащил из кармана, положив на его место паспорт Тофика, который числился проживающим в триста двенадцатом номере и к тому же был здорово похож на убитого. И ключи от машины взял.

Керим вздрогнул, захрипел и, обмяк. Поток крови донес пузырек воздуха до сердца, сосуд закупорился. Воздушная эмболия – обычный конец наркоманов. Именно такая версия появится у того, кто будет первым осматривать труп.

– Оставайся, убери лишнее, сотри отпечатки! – приказал Мастер. – Через девять минут зайдешь ко мне в номер!

– Слушай, мы же про вертолет не узнали! – всполошился Свистун.

«Дебил!»

– Его вертолет – это туфта. Потому мы и его и кончили. Тебя заберет мой вертолет!