Разведка боем - Андрей Воронин

Люди собрались непростые по характеру, с натянутыми нервами. В такой компании всякая настырность чревата стычкой. Однажды дошло буквально до драки, после чего коллективный разум выработал очередное «правило хорошего тона».

На берегу тремя топорами быстро повалили несколько сосен, обрубили ветки, связали их вместе, и плот был готов. Дело осталось за малым: погрузиться, взять в руки шест из молодого деревца и оттолкнуться от берега.

Первое время чувствовали себя неуютно.

Слишком много простора, света. Будто ты на арене, а справа и слева незаметно следят тысячи глаз. Только Семен по-прежнему не грузил себя «негативом». Даже облава на лагерь не пошатнула его оптимизм. Смотришь на таких людей и кажется: разведут костер, чтобы его поджарить, а он тем временем будет делать дыхательную гимнастику.

Да еще замкомполка не нервничал: свалился и лежал с закрытыми глазами – отдал слишком много сил на короткий марш-бросок. Пепельные, почти бесцветные волосы шевелил ветер над водой.

Натянуло туч, стал накрапывать дождик. Тарасов даже не морщился, когда капли попадали на лицо, стекали по лбу, щекам или крыльям носа.

Чем дальше плот уносило, тем ниже, плотней нависали тучи. Скоро редкий дождь превратился в настоящий ливень, пенящий пузырями воду вокруг. Места на плоту хватало, чтобы поставить палатку. Все перебрались туда. Под открытым небом остался только Ильяс с шестом. Раздевшись до плавок, он смотрел вперед, в просвет между холмистыми, заросшими лесом берегами, и чувствовал себя первооткрывателем новых земель.

Ильяс всего на год был старше Витька. Ингуш по национальности, он никак не должен был оказаться в этой компании. Но выбор фээсбэшников пал на него…

Никак они не могли достать полевого командира Ризвана. Несколько спецопераций провели, но каждый раз тот выскальзывал из западни вместе с большей частью отряда. Наконец, удалось подкупить одного из трех телохранителей – человека, которому командир безгранично доверял.

Завербованный чеченец должен был подсыпать в еду медленно действующий яд, но днем раньше Ризван вдруг шкурой что-то почувствовал. Даже не пытался найти доказательства своему внезапному подозрению. Лично удавил телохранителя кожаным ремешком.

Тогда в ФСБ решили сделать нестандартный ход. У Ильяса погиб старший брат Руслан – никто из родни еще не знал об этом. В свое время брат учился в Грозном, женился, там и осел. С началом военных действий собрался к родителям – переждать черные времена. Семью переправил, а сам застрял.

Федералы обследовали пустые разрушенные дома Грозного в поисках снайперов и складов оружия. Иногда в таких мероприятиях принимали участие и сотрудники ФСБ. Их внимание привлекали вещи, не интересные ни грабителям, ни молодым омоновцам с автоматами. Например, фотографии из семейного альбома.

Так в ФСБ попали любительские снимки Руслана. Нашли один с неулыбчивым лицом, отсканировали, загнали в компьютер. Мастеров фотомонтажа в конторе хватало. Взяли еще один снимок: там Ризван самолично приставил дуло пистолета к затылку пленного солдата. На месте русой головы появилась черноволосая.

Вызвали Ильяса. Предлагать ничего не стали, просто сообщили, что брат погиб: застрелен по ложному обвинению самим главарем бандитов.

Предъявили снимок. Парень понятия не имел о возможностях современной техники. Его внимания не привлекли мелкие детали: например, тщательно выбритое лицо жертвы. Или некоторое несоответствие теней на лице брата и лице полевого командира – лучи солнца по-разному падали на обоих.

Пораженный горем Ильяс среагировал так, как ожидали сотрудники спецслужбы. Сжал кулаки, стиснул зубы.

– Только не вздумай мстить, – предупредили его. – Ты еще молодой, Ризвану на один зуб.

– За меня не беспокойтесь, – ответил парень.

В его глазах светилась такая решимость, что фээсбэшники остались довольны своим выбором.

Этого можно попробовать запустить. Вряд ли его заподозрят.

– Давай поговорим неофициально, по-мужски. Если уж точно решил, мы тебе можем подсобить, подкинуть кое-какие данные. Среди прочего Ильясу подсказали правильную линию поведения: для начала регулярно наведываться в мечеть. В разговорах упомянуть, что брата застрелили на трассе федералы. Хотел бы уйти к боевикам, воевать с неверными. Но не в Грозном – именно там, где убили брата. Только не говорить, что мечтал бы попасть к Ризвану, могут заподозрить неладное.

Фээсбэшники знали, как проверяют новичков.

Поэтому придумали еще одну историю.

– Не хотелось бы лишний раз тебе нервы трепать. Но лучше уж ты сразу все узнаешь. Насчет жены брата… Они с дочкой давно к вам приехали?

Как она тебе? Нормально себя ведет?

– Да вы что? Ни разу не улыбнулась. Переживает за Руслана. Как ей скажу, не знаю.

А матери…

– Пока не спеши. Если удастся отомстить, им легче будет принять обе новости вместе. А жена Руслана… У нее свои неприятности. Война всех зверьми делает. Четверо солдат ее поймали по дороге, прицепились к какой-то закорючке в документах. Отвели на блокпост и целый день по очереди насиловали. Она, конечно, вам не рассказала, не хочет ходить перед всеми опозоренной. И не расскажет ни за что, поэтому не приставай.

Это было слишком много для одного раза.

У Ильяса помутилось в глазах. Ему принесли стакан воды, угостили сигаретой.

– В армии сейчас сплошь отморозки. Сколько мы рапортов наверх пишем, ничего не помогает…

Но болтать не надо, договорились? Попадет в газеты, начнут копать через кого произошла утечка.

И нам не поздоровится.

…В отряд Ризвана Ильяс попал с завязанными глазами. Прошли сутки: командира он еще не видел, и держали его в отдельной землянке, чуть ли не как пленника. На второй день повели к дороге.

Он и еще трое бойцов должны были взорвать радиоуправляемый фугас, и сразу же после взрыва обстрелять федералов.

Тут и помогла выдумка фээсбэшников. Ильяс в его годы был максималистом: люди в армейской форме стали такими же его личными врагами, как Ризван. Сотрудники службы безопасности не ошиблись: Ильяса проверяли, как и всех новичков.

Говорили, хочешь мстить русским – на здоровье.

Если есть под рукой пленный, прикажут выстрелить в затылок. Если нет, возьмут на первое же дело. Случится заминка, тебе несдобровать.

Фээсбэшники были людьми холодными и расчетливыми. В отряде Ризвана пленные все равно не выживают. Какая разница, от чьей руки они погибнут? Пусть по крайней мере погибнут ради дела. То же самое с нападением на военных. Не появился бы Ильяс, бандиты взяли бы на операцию другого, менее опытного – суть дела мало бы изменилась.

Послать сигнал на взрыв фугаса доверили новичку. Один из боевиков сидел рядом и наблюдал, готовый вмешаться в случае секундного промедления. Но Ильяс без колебаний щелкнул тумблером.