Контрразведчик - Денис Козлов

К концу августа, когда достроили часовню на территории завода, а зной стал невыносимо жечь, заставляя тела, закованные в бронежилеты, липко потеть, в бригаду приехал подполковник Екимов. После долгого разговора с комбригом он заскочил в разведбат.

— Привет, Николаич! — поздоровался он фамильярно с комбатом.

— Здравствуй, Еким. Новости, я так понимаю, хреновые.

— С чего ты взял?

— А ты с другими не приезжаешь.

— Хреновые не хреновые, а повоевать сегодня придется.

— Когда?

— Через два часа на Сахарозаводской улице надо быть. Ротой обойдусь. Комбриг добро дал.

— Что там?

— Предположительно тридцать ваххов. Арабы, чеченцы, китайцы.

— Китайцы?!!

— Да, два подрывника. Вот в этом квадрате должны быть. — И Екимов ткнул пальцем в разложенную в канцелярии батальона карту.

— Дежурный, — гаркнул комбат, — Сапегу ко мне.

Сапега прибыл в майке и тренировочных штанах.

— Что за вид, майор? — спросил комбат.

— Тренируюсь. У меня по расписанию сампо[10].

— Отставить сампо, через полтора часа рота должна с техникой быть здесь, — показал он квадрат на карте с пятном от пальца Екимова. — Ферштейн?

— Без техники, — покачал головой Екимов, — засаду выставим.

— Значит, без техники.

— Никак снова страна в опасности? — приложив руку к сердцу, собезьянничал Сапега. — Когда я ехал на этот курорт, мне говорили лишь о том, что на Кавказе есть воды. Товарищ контрразведчик, — теперь он обращался уже к Екимову, — может, это вы специально все подстраиваете сами? Собираете туристов, привозите к нам, раздаете оружие, а потом…

— Хватит, Сапега! Ты приказ понял?

— Но мы только из нарядов. Третий взвод из засады вернулся из ущелья, второй на периметре, первый сопровождал колонну из Ханкалы. Первая рота вон свежая…

— Сапега, первая рота в резерве, и ты об этом знаешь. Так что не пререкайся, и вперед.

Через час рота, рассредоточившись по указанной Екимовым территории, а точнее, заняв позиции в канавах у дороги, в подъездах домов и просто у мусора и тряпья, раскиданного по дворам, образовав подобие тактического огневого мешка, затаилась. Не слышно было даже шороха. Солнце упало где-то далеко в стороне далекого Каспия, и солдаты, нервничая, чувствовали, как ночь постепенно накрывает квартал за кварталом.

Командиры взводов тоже нервничали, боясь пропустить сигнал ротного. Наконец, между дорогой и домом появились двое из головного дозора. Они шли очень осторожно. Один из боевиков прошел в метре от замаскировавшегося в мусорной куче Михайленко. Подойдя к углу дома, один из дозорных ваххов обернулся и сделал жест рукой. В «мешок» на расстоянии метров пятидесяти от засады вышли двадцать бородачей.

— Поехали, — передал Сапега, и по бандитам открыли огонь. Одновременно с этим три бойца первого взвода «сняли» выстрелами в затылок дозорных.

— Сапега! — крикнул подползший к ротному Екимов. — Это не все. Еще несколько человек должны быть. Нас могут обойти.

— Гурьев, противник с тылу! — крикнул Сапега и продолжил вести огонь.

Как и ожидал Екимов, вскоре одна из групп боевиков вышла в тыл, но была накрыта огнем взвода.

От Гурьева к Сапеге прибежал посыльный.

— Что стряслось?

— Там их больше, товарищ майор.

— Больше, чем что? Пятнадцать-двадцать? Сколько?

— Человек шестьдесят-семьдесят.

— Ну, контрразведка, мать вашу… — прошипел Сапега и врубил рацию.