Нано смерть - Максим Шахов

— Мои люди действовали по закону и инструкциям, согласно плану «Вижипират»!

— В результате чего… — начал было Виктор, но махнул рукой. — Ладно! Все, что хотел, я сказал! Повторяться нет смысла.

Моник посмотрела на Логинова и что-то сообщила префекту по-французски. Тот, не поворачивая головы, бросил короткую фразу жандармам. Все трое быстро вышли из кабинета. После этого Моник Бриссо стала говорить с префектом. Поначалу Логинов пытался уловить, о чем идет разговор, но это было бесполезно.

Судя по тому, как вели себя французы, они прекрасно понимали, какую несусветную глупость сделали полицейские, расстреляв террориста в микроавтобусе. Остальное было второстепенным. Наконец, поговорив с кем-то по мобильному, Моник обратилась к Виктору на английском:

— Полковник!

— Да! — ответил Виктор.

— Лично я считаю ваши действия обоснованными и даже героическими…

— Но… — вопросительно посмотрел Логинов на собеседницу.

— Но местные власти расценивают их по-другому. И склонны выдвинуть против вас обвинения…

— В похищении ножа для колки льда из бара гостиницы? — хмыкнул Виктор.

— Нет, — покачала головой Моник. — К сожалению, речь идет о более серьезных правонарушениях. Об умышленной аварии и умышленном применении огнестрельного оружия, которые поставили под угрозу жизни мирных граждан. Учитывая, что при этом погибли два человека, наказание может быть серьезным…

— Я понял, к чему вы ведете, — кивнул Виктор. — Но я не из пугливых… Да и бояться мне особо нечего. Даже если суд признает меня косвенно виновным в гибели людей, умышленно расстрелянных террористом, дадут мне немного. При этом на родине я стану героем. Так что спустя пару лет вернусь, скорее всего, на специально отправленном за мной президентском самолете. После чего получу из рук президента высшую награду, а на очередных выборах наверняка стану пожизненным членом парламента… Кстати, у вас в местной тюрьме кружок рукоделия есть? А то я со школы мечтал заняться макраме, но из-за беготни за террористами все никак не удавалось выкроить время.

— Кружка рукоделия в местной тюрьме нет, — мрачно сказал префект.

Невольно улыбнувшаяся Моник стерла улыбку с лица и подняла руку:

— Лично я считаю неправильным выдвигать против вас обвинения, поэтому и предложила господину префекту пойти на компромисс. И уже согласовала его условия со следователем по делу…

— Марком Деланже? — уточнил Виктор.

— Да!

— Что за условия?

— Суть компромисса в том, что власти Канн отказываются от выдвижения обвинений в ваш адрес….

— Пока звучит разумно, — кивнул Виктор. — А что взамен, я признаю себя внебрачным племянником Бен Ладена?

Префект кисло улыбнулся, Моник засмеялась и покачала головой:

— Не совсем. Французские власти заинтересованы в скорейшем раскрытии теракта. А этому не слишком будет способствовать утечка информации и конфронтация. Короче, в обмен мы хотим содействия и неразглашения… Я имею в виду не только вас, но и…

— Всех членов российской делегации, но главное — переводчицы! — быстро сказал Виктор. — С ней все в порядке, я правильно понял?

— Да! — кивнула Моник.

— Ранена?

— Ни единой царапины, как ни странно. Все пули принял на себя ее коллега…

— Ясно! — ответил Виктор. — Лично я — не против! Насчет содействия — так меня сюда для этого и прислали. Насчет неразглашения — я тоже за, но тут интересный момент. Члены делегации проходят по другому ведомству, поэтому гарантировать это я смогу только после разговора с начальством… Если оно, конечно, меня поддержит. Но что-то мне подсказывает, что проблем не возникнет…

— Ну так звоните! — кивнула Моник.

— Сейчас скажу, чтобы принесли изъятые при аресте вещи! — быстро проговорил префект.

Встав со стула, он прошел к двери и позвал жандарма. Полминуты спустя дежурный принес вещи Логинова в опломбированном контейнере. Поверх него лежали документы — загранпаспорт и служебное удостоверение. Виктор сорвал пластмассовую печать, пошарил рукой в контейнере и проговорил:

— Все на месте!

Дежурный вышел. Виктор тем временем взял служебный мобильный. В нем было около десятка пропущенных вызовов. Набрав номер замдиректора, Виктор почти сразу услышал его взволнованный голос:

— Да!

— Это я, товарищ генерал…

— Что случилось, Логинов?!

— После возвращения из полиции прямо у гостиницы двое арабов в масках похитили…

— Да это я знаю! Чем закончилось?

— Я протаранил такси…

— Логинов! Какого хрена?!

— Да подождите вы, товарищ генерал! Похищенных все равно бы убили. А так похититель, убегая, расстрелял такси, но убил только своего сообщника и секретаря Пригоровой. Переводчица осталась жива. И таксист, кстати, тоже.

— И что дальше? — мрачно спросил генерал.

— Дальше я ранил похитителя и погнал его в сторону полиции, товарищ генерал. Но полицейские его сдуру расстреляли.

— Отлично! И что теперь?

— Теперь, несмотря на идиотизм местных блюстителей порядка, у нас есть ниточка.

— Что ты имеешь в виду?

— Все говорит о том, что террористам зачем-то очень был нужен секретарь Пригоровой.

— Зачем?

— Это прояснится после разговора с переводчицей.

— А где она?

— Мне не докладывали, но думаю, здесь, в полиции Канн…

— Логинов, тебя куда-то посылать…

— Да не начинайте хоть вы, товарищ генерал! Мне что, нужно было дать террористам уйти и обрубить все концы? Я сделал все, что мог! И даже больше…

— Это точно… Сейчас будем думать, как тебя вытаскивать. Без консула и адвокатов ничего не…

— Виноват, товарищ генерал, но это лишнее.

— В смысле? Тебя хотят представить к ордену Почетного легиона и дать французское гражданство вместе с «Пусси Райот»?

— Не совсем. Насколько я понимаю, следствие располагает какими-то данными, которые подтверждают мои предположения.

— Какими?

— Не знаю. Но, думаю, у террористов что-то пошло не по плану.

— То есть Пригорова и ее коллега погибли случайно?

— Именно, товарищ генерал. И именно поэтому террористам и пришлось похищать секретаря Пригоровой…

— Ты хочешь сказать, что он был причастен к взрыву во Дворце фестивалей?

— Для начала нужно поговорить с переводчицей. В общем, французы заинтересованы в нашем содействии. И еще в том, чтобы детали случившегося не были разглашены членами нашей делегации и это не помешало следствию. Взамен они обещают не выдвигать обвинений в отношении меня…